Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 127 – Татьяна Милях

— Если вы так настаиваете... — Дарёна вздохнула, изображая кроткое смирение. — Против вашего красноречия и впрямь трудно устоять.

— Тогда с нетерпением жду начала полонеза! — воскликнул гусар, сияя от удачи.

— Это большая честь для меня, ваше превосходительство, — дама грациозно склонила голову и под заинтригованным взглядом Зорича заскользила вглубь залы, едва касаясь пальцами локтя Арсеньева.

— Я восхищён вами, — прошептал Егор Захарович, когда они отошли. — Какие манеры! А какое самообладание! Браво, девочка!

— Честно говоря, у меня затряслись поджилки, когда он заговорил о моём почившем муже, — призналась Дарёна. — Боялась, а вдруг спросит, как звали его любимую лошадь, а я и не ведаю…

— Но вы с честью выиграли раунд, — подбодрил её Арсеньев.

Они неспешно продефилировали по зале, которая стремительно наполнялась гостями. Появление новых лиц: юной вдовы и её импозантного спутника — вызвало живой интерес у местного «света». Графский титул в провинции звучал веско, и шкловское общество тут же взяло Дарью Михайловну «в оборот». Вскоре она окончательно утомилась от слащавых улыбок и неискренних соболезнований по поводу кончины её никому не известного супруга.

Дарёна то отвечала на вежливые расспросы, то натянуто улыбалась, то картинно прикладывала платок к глазам и, устав лгать и выкручиваться, желала лишь одного, чтобы эта пытка поскорее закончилась: «Чёрт побери! Знала бы я, что изображать благородную даму — такое каторжное занятие, ни за что бы не ввязалась в эту авантюру!» — мысленно взвыла она, но тут на её счастье раздались первые аккорды полонеза, и, увидев направляющегося к ней Зорича, Дарёна облегчённо выдохнула. Теперь даже испытание танцами казалось сущим пустяком в сравнении с необходимостью отбиваться от любопытных кумушек.

— Семён Гаврилович, вы — мой спаситель! — искренне обрадовалась она хозяину дома.

— Вижу, наше общество окончательно замучило вас своим вниманием, графиня, — он понимающе улыбнулся и галантно протянул руку. — Позвольте мне избавить вас от этих назойливых сорок.

Шествуя в первой паре со статным генералом под звуки торжественной музыки, Дарья неожиданно испытала чувство полёта. Раньше она и не подозревала, что любит танцевать, а теперь буквально купалась в этом новом, захватывающем ощущении, мерно отмеряя шаги по натёртому паркету. Когда музыка замедлилась и пары, согласно рисунку танца, разошлись, Зорич на мгновение отпустил её руку и отвесил церемонный поклон.

— И что же вы намерены делать далее, графиня? — негромко спросил он, не сводя с неё горящего взгляда. — Надеюсь, вы задержитесь в нашем Шклове хотя бы на время?

— Я подумаю, Семён Гаврилович, — ответила она, когда они возобновили своё чинное шествие мимо рядов гостей. — У вас здесь, на удивление, занимательно. И говорят, — она лукаво прищурилась, — ваши карточные развлечения ни в чём не уступают столичным.

— Вы изволите играть в карты? — брови Зорича удивлённо изогнулись. — Нечасто встретишь столь юную даму, знающую толк в серьёзной игре.

— Люблю перекинуться на досуге в партию-другую, — ответила Дарёна, мечтательно закатив глаза. — Вот мой муж был страстный игрок. Да… Он и меня увлёк этим увлекательным занятием. А теперь, когда я осталась одна, мне порой бывает невыносимо скучно, — она сокрушённо вздохнула.