Книга Игла из серебра, страница 185 – Яна Лехчина

Нет, напомнил себе Юрген. Какая же там пустота? На том берегу – Иофат.

Волны гневно шипели на берег. Чтобы приблизиться к башне, пришлось подойти со стороны моря, – через ущелья Юрген бы не перебрался. Грацек постарался найти самую одинокую, самую печальную башню из всех возможных. Затерянная среди скал, она вспарывала ночное небо и напоминала покинутый сторожевой пост. Что здесь случилось, полюбопытствовал Юрген? Кто её построил и зачем оставил? Явно ведь не для того, чтобы использовать как чародейскую тюрьму.

Ветер почти сносил его с ног. Пахло солью и водорослями, но больше – ничем. Юрген взбежал по каменистому берегу, такому крутому, что пришлось помогать себе руками, и забрался на ближайшую скалу.

Теперь он подошёл к башне вплотную, глянул на неё снизу вверх. Вход был не здесь, а со стороны гор, но Юрген и не подумал о нём. Он уже знал Грацека достаточно хорошо и предположил: тот наверняка оставил там големов. А Юргену так не хотелось, чтобы ему помешали.

Но если понадобится… О, если понадобится, Юрген сразится и с големами, что ж теперь? За время пути его раны окончательно зажили.

Можно и новые получить.

Он прислушался. Поразился, какая вокруг тишина, – точно вся округа вымерла. Да, мерно накатывали волны, шевелилась травяная поросль под ногами, но как же это отличалось от ночного леса! Там-то чувствовалось, что вокруг постоянно кто-то есть: птицы, звери, букашки, чудовища… А здесь – ни души.

Но оно и к лучшему.

Юрген всё же захотел убедиться, что его не увидят: мало ли, вдруг Драга Ложа оставила и какого-нибудь ученика? Может, на камнях свернулась змея или в расщелине спряталась маленькая птица из Кажимериного клина – тот, кого Юрген и сам не заметит. Поэтому он повёл рукой, и над водой стянулся туман.

Двинулся к нему с моря. Заклубился между скал и взбился, как пуховое облако. Через несколько мгновений туман поглотил всю башню целиком, и теперь белая дымчатая бахрома колыхалась у окна, вырубленного под крышей. Юрген приценился: проём широкий. Не какая-то жалкая бойница.

Он вытянул из тумана тяж, обернул его вокруг своего пояса. Заворожил ползучие травы на башне: те зазмеились между камней, уплотнились и закрутились в верёвку. Тоже притянулись к нему, оплели его руку и туловище. Юрген перехватил получившуюся бечёву и подёргал, проверяя, крепка ли.

Тяжело вздохнул.

Теперь Юрген заклял воздух. А потом разбежался и подтолкнул себя воздушным потоком, принялся быстро карабкаться по верёвке. Туман вокруг него сбился так плотно, что ощущался, как подушка. «Даже если я сорвусь, – думал Юрген, – по крайней мере не разобьюсь насмерть».

Юрген зацепился за выступ башни, подтянулся. Перекинул ногу через окно. Тут же увидел, что под скатом крыши сидела чёрная птица, – и он решил было, что это кто-то от Кажимеры или Грацека. Однако птица полетела прочь, и Юрген понял: галка.

Не знаю, зачем это тебе нужно, Кетева, сказал он мысленно. «Но отцу пока ничего не говори».

Он перекинул и вторую ногу, однако остался сидеть на окне. Быстро огляделся: големов здесь не было. Значит, все внизу… Так, Юрген успокоился и начал осматриваться более внимательно.

Под потолком – клуб чьего-то белого чародейского огня, но уже выдохшегося, почти затухшего. Огонь болтался, как медуза на мелководье, между двенадцатью чёрными цепями.