Книга Игла из серебра, страница 182 – Яна Лехчина

Ольжана застонала.

— Это круговорот насилия.

— Это справедливость, – возразил Юрген. – И благоразумие.

Он подался к ней и произнёс одними губами:

— Позволь мне разобраться с этим. – Заглянул ей в лицо. – Пожалуйста.

Ольжана смотрела, как низкое солнце золотило перекладины моста. Ещё немного – и скатится в реку, точно наливное яблоко.

— Я лгала, как он. Пользовалась доверием, как он. И убивать, как он, я не хочу.

— Ты никого не убьёшь, – сказал Юрген серьёзно. – Считай, он уже мёртв. Но ты – ты заслужила жить без страха.

Ольжана опустила взгляд на свои руки. Впилась ногтями в мякоть ладони.

— Если с ним что-то случится, – продолжал Юрген, – никто на тебя не подумает. Ты получишь покой. Я – свою пригоршню возмездия. Он – смерть без пыток. Не так уж и плохо, правда?

Ольжана разжала кулак. На коже – несколько вдавленных полулунок.

Река зашумела сильнее. Над мостом раздались голоса, но вскоре пропали.

— Может быть, ты и прав. – Ольжана согнулась. Упёрлась локтями в бёдра и придержала пальцами лоб. – Нельзя долго прятать эту вещь. Малодушно ею не воспользоваться.

— Да, – выдохнул Юрген. – Да, да. Конечно.

От вихря на воде – тихий всплеск. В разлетевшихся каплях – десятки маленьких солнц.

Ольжана запустила руку в складки юбки, в карман. Вытащила потёртую ладанку и переложила Юргену на ладонь.

Тот тут же её спрятал. Немного приглушил речной шум, плеск и маленькие водяные вихри, – Юрген следил за всем сразу с вниманием хищника. Отозвался тихо:

— Спасибо. – Вспомнил, что увидел сегодня Ольжану за шитьём, и спросил: – Игла ведь та же самая?

Снова раздались голоса. Ольжана уже поднялась, – времени мало, и так засиделись… – но развернулась к Юргену и скрестила руки на груди.

— За кого ты меня принимаешь? – осведомилась холодно.

Юрген смутился.

— Прости. Я просто…

Она скомкала платок. Глянула с обидой, и Юрген почувствовал себя чудовищем.

— Прости, пожалуйста…

— Даже он, – отрезала Ольжана, – не юлил подобным образом, когда рассказал мне об игле.

Покачала головой:

— А я подавно и не стану.

Юрген пришёл затемно, чтобы попрощаться. Ольжана вышла к нему в сад – и несмотря на то, что их вчерашний разговор вышел горьким, от последней встречи стало тепло. Точно Юрген не уезжал неизвестно куда неизвестно на сколько. Точно Ольжана не оставалась одна в недружелюбном Стоегосте. И она надеялась, что сохранит это ощущение подольше, – пожелания удачи, мимолётный смех, веру в будущее. Но когда Юрген ушёл, Ольжана села под плодовыми деревьями и почти сразу поняла, что это – правда конец.

Ветви шелестели над ней, и прохладный ночной ветерок играл в листьях. Казалось, сквозняк прошил её насквозь, как ледяная нитка, поэтому в груди стало пусто и холодно. Ольжана встала, поплотнее закуталась в покрывало. Принялась ходить по дорожкам, перешагивая упавшие яблоки.

Она так хотела, чтобы всё поскорее закончилось. Чтобы не стало ни бесконечной дороги, ни чудовища, ни страха. И теперь, когда всё действительно осталось позади, нужно было разобраться: что дальше?

А дальше… Нужно смириться, что для кого-то она так и будет неумелой колдуньей, которая пыталась приворожить господарского дружинника и этим навлекла большую беду. К ней станут относиться настороженно и брезгливо, с жалостью и любопытством, но ничего, сказала себе Ольжана.