Книга Немезида ночного ангела, страница 391 – Брент Уикс

Она его даже не заподозрила! Что было неудивительно. Для жестоких, показательных убийств заказчики нанимали Хью Висельника. Для того чтобы тихо и искусно убрать человека, они нанимали Дарзо Блинта. Кайлар пошел в своего учителя.

Вдруг в голове Виридианы возникла одна мысль, и она посмотрела на платок с кувшином.

— Вы ведь просто хотите поскорее разобраться с моими эмоциями… и не намекаете, что у меня не осталось времени, правда?

Сестра Ариэль наморщила лоб.

— Скажите, что у меня еще есть время, – сказала Виридиана.

— У тебя еще есть время.

— Вы мне врете?

— Как ты и попросила, – без колебаний ответила сестра Ариэль.

— А как же ваша «преданность истине»?

— Я же прекрасно понимала, что ты мне не поверишь.

Такой ответ сбил Ви с толку. Неужели сестра Ариэль… подшучивала над ней?

— Что происходит? – спросила Ви. – Обычно вы так себя не ведете.

Сестра Ариэль стала переминаться с одной ноги на другую. Затем она поставила на стол стакан, который перед этим накрывал горлышко кувшина. Наполнила его, подняла, но не отпила.

— Я почти закончила мое неудавшееся исследование, и пока внимательно просматривала записи на предмет того, есть ли в них хотя бы крупица научной ценности – помимо подтверждения выводов других, более знающих экспертов, которые выразились гораздо яснее, – я, сидя у слухового окошка, успела подслушать несколько выступлений, и… гм, советницы зачитали обновленное расписание. Тебя в нем больше нет. – Последние слова сестра произнесла быстро, как будто хотела поскорее отделаться от дурных новостей.

— Меня нет? – переспросила Виридиана. – Значит, теперь у меня на эту книжку столько времени, сколько нуж?..

— Зато в расписании есть голосование.

— Как они могут проголосовать, если я не давала показаний? Я думала, что сестры будут выбирать, как поступить со мной.

— Нет, они будут выбирать, объявим мы войну Алитэре или нет.

— Что? – Виридиана села прямо, готовая вскочить на ноги. Но бежать было некуда.

— Порядок выступлений показался мне странным, поэтому я спросила сестру, что происходит. Истариэль сказала, что наша старая гвардия устроила переворот. Не в буквальном смысле, и не совсем гвардия, если задуматься. Но ход они сделали хороший. Истариэль говорит, что, чтобы объявить войну, большим собраниям всегда нужно сначала раскачаться, как раскачиваются и раззадоривают себя перед боем молодые люди. Если бы Совет хотел воевать, то не стал бы обсуждать этот вопрос в первую очередь. Нет, к таким решениям обычно подводят иначе: сначала голосуют за что-нибудь тривиальное, например, за то, как наказать тебя. При этом все делают вид, будто это вопрос отдельный, не имеющий отношения к остальным, и после голосования его считают закрытым. Затем проводится второе голосование: отменить Алитэрские соглашения, что было бы слишком радикально, или создать комиссию, которая придумает, как нам из них выйти. Если алитэрцы ответят на это военным походом, то любые наши дальнейшие действия будут считаться оборонительными, а они станут агрессором.

Однако сейчас вопрос о войне выдвинули на голосование первым, не выстроив заблаговременно никаких оправданий. Сестры, несомненно, проголосуют против. Войны никто не хочет, особенно если ее виновницами окажемся мы. А благодаря тому, что Часовня в первую очередь проголосует за мир, старая гвардия установит рамки для дальнейшей дискуссии. Раз о войне речь идти уже не будет, все станут обсуждать, какую цену мы готовы заплатить ради мира.