Книга Волны любви: Крепость в полумраке, страница 89 – Роберт Фадер

На его руке больше не было чёрной звезды.

Только бледный след, похожий на старый ожог.

Он опустился на колени.

— Я… — начал он и не смог продолжить.

Люди отступили.

Жюльен напрягся.

Лис прищурился.

Наталья смотрела на мужчину пустым от боли взглядом.

— Я не прошу прощения, — сказал он наконец. — Я не имею права. Я только… я помню. Не всё. Но помню, что через меня они вошли. Помню таран. Помню его лицо. Помню, как он играл, чтобы спасти нас. И я…

Он закрыл лицо руками.

— Почему он исчез, а я остался?

Наталья вздрогнула.

Этот вопрос вошёл в неё, как нож.

Лис тихо произнёс:

— Потому что история редко бывает справедливой.

Мужчина заплакал.

Наталья подошла к нему.

Все замерли.

Она не обняла его.

Не простила.

Не прокляла.

Только сказала:

— Живи так, чтобы его жертва не была напрасной.

Мужчина опустил голову ещё ниже.

— Я попробую.

— Нет, — сказала Наталья. — Не попробуй. Живи.

Он кивнул.

Наталья повернулась к площади.

Люди смотрели на неё, ожидая слов. Объяснения. Решения. Света.

Но сейчас в ней не было света для других.

Только боль.

Она сжала тетрадь Луиса и сказала почти шёпотом:

— Он спас вас.

На площади стало тихо.

— Он спас всех нас, — продолжила она. — И я… я не могу сейчас говорить больше.

Никто не посмел возразить.

Жюльен встал рядом с ней.

— Я провожу вас.

Наталья посмотрела на него.

Он говорил спокойно, но в глазах была клятва.

— Я не заменю его, — сказал Жюльен тихо, так, чтобы слышала только она. — Никто не заменит. Но пока я живу, я не позволю вам идти одной.

Наталья закрыла глаза.

Слёзы снова потекли по лицу.

— Я не знаю, как жить дальше.

Лис подошёл к ней с другой стороны.

— Пока не надо знать. Пока просто сделай шаг.

Она посмотрела на тетрадь.

Потом на пустую площадь, где больше не было крепости.

Потом туда, где исчез Луис.

И сделала шаг.

В комнате без окон снова горели экраны.

На них был Вердеград.

Но уже не крепость.

Обычный город. Площади, улицы, мокрые крыши, растерянные жители, женщина с рыжей косой, прижимающая к груди тетрадь.

Вокруг длинного стола сидели фигуры в тени.

Некоторое время никто не говорил.

Потом один из них медленно произнёс:

— Путь через Вердеград закрыт.

Другой ударил пальцами по столу.

— Крепость исчезла. Это не значит, что путь закрыт.

— Ошибаешься. Пока она существовала, её можно было захватить. Теперь она снова ушла туда, куда мы не можем войти. А город запомнил сопротивление.

— Люди забывают.

— Не это.

На экране Наталья подняла голову, будто почувствовала взгляд издалека.

Фигуры замолчали.

— Музыкант исчез, — сказал кто-то.

— Но волны остались.

— Значит, проблема не решена.

Самая дальняя фигура, почти полностью скрытая мраком, наконец заговорила:

— План А не сработал.

— Мы потеряли армию, крепость и инструмент.

— Мы потеряли проход, — поправил другой.

— Временно.

Снова тишина.

Потом главный голос произнёс:

— Мы не отступим.

На экране Вердеград дрожал в утреннем свете.

Наталья стояла среди людей, маленькая, разбитая, живая.

И всё же вокруг неё, почти невидимо, расходился слабый розово-бирюзовый след.

Одна из фигур наклонилась вперёд.

— Если не сработал план А, сработает план Б.

Экраны погасли.

И комната снова утонула во тьме.