Книга Измена на Первом Курсе, страница 98 – Мира Лаверн

— Пропишите рабочие правила.

— Уже были.

— Значит, перепишите с учётом случившегося.

— Правила не создают доверие.

— Нет.

— Тогда что создаёт?

— Последовательное соблюдение.

Я закрыла папку.

— Вы тоже говорите как учебник.

— Это профессиональная деформация.

Она улыбнулась.

Совсем немного.

— До двадцатого декабря нужен полный пакет, — напомнила Ольга Сергеевна. — Если сохраняете заявку.

— Сохраню.

Слово вышло раньше, чем я решила.

Она кивнула.

— Тогда жду документы.

Я вышла из кабинета и только в коридоре поняла, что сказала.

Не «подумаю».

Не «возможно».

Сохраню.

Я достала телефон.

Открыла форму отзыва.

Закрыла окончательно.

Потом написала Арсению:

«Нужно собрать команду».

Он ответил почти сразу:

«Сегодня?»

«Да».

«Марк будет».

Я смотрела на экран.

«Знаю».

Мы встретились вечером.

Я настояла, чтобы Яна тоже пришла.

Не как участник проекта.

Как человек, рядом с которым мне было легче не соглашаться на то, чего я не хочу.

Арсений сидел у компьютера.

Марк стоял возле окна.

Когда мы вошли, он не двинулся навстречу.

— Привет, — сказал Арсений.

Яна ответила.

Я — нет.

Положила на стол распечатанный документ.

— Я сохраняю заявку.

Марк смотрел на страницы.

Не на меня.

— Хорошо.

— Это не значит, что всё стало как раньше.

— Понимаю.

— И не значит, что я простила.

— Понимаю.

— Не говори это слово.

Он поднял глаза.

— Хорошо.

— Ты останешься режиссёром.

Арсений выдохнул.

Марк не изменился в лице.

— Почему?

Я ожидала, что согласится без вопроса.

— Потому что заменить тебя сейчас почти невозможно.

— Это единственная причина?

— Тебе нужна другая?

— Нет. Мне нужно понимать условия.

— Я их принесла.

Я разложила документ.

Заголовок:

«Дополнительные правила производства фильма „Мы приехали вместе“».

— Первое, — сказала я. — Я остаюсь единственным автором сценария. Любые изменения текста — только после моего подтверждения в документе.

— Да.

— Второе. Ты остаёшься режиссёром, но не меняешь смысл сцен в монтаже без согласования.

— Да.

— Не просто показываешь готовую версию. Согласовываем до финальной сборки.

— Хорошо.

— Третье. Полный архив находится у меня, Арсения и тебя. Ни один файл не удаляется без общего решения.

— Да.

Арсений кивнул.

— Я настрою резервное копирование.

— Четвёртое. Любая новая информация о Никите, Кате, жалобе, публикациях или действиях комиссии сообщается мне сразу.

Марк сжал губы.

— Да.

— Даже если считаешь, что она не влияет на фильм.

— Да.

— Даже если думаешь, что мне будет тяжело.

— Да.

— Даже если боишься, что я уйду.

Он выдержал взгляд.

— Да.

— Пятое. Никаких рекламных материалов без моего и твоего согласия.

— Да.

— Шестое. Никаких обсуждений моей личной жизни с командой.

— Я не обсуждал.

— Теперь прописано.

— Хорошо.

— Седьмое. Мы не обсуждаем личные отношения между нами до завершения проекта.

В комнате стало тихо.

Арсений посмотрел на экран.

Яна — на меня.

Марк не сразу ответил.

— Какие отношения? — спросил он.

Я почувствовала, как к лицу приливает кровь.

— Любые разговоры о том, что произошло на лестнице. О паблике. О том, как я на тебя смотрю. Или не смотрю.

— Понял.

— Не анализируешь, думаю ли я о Никите.

— Это может влиять на игру.

— Тогда говоришь только о персонаже и сцене.

— Хорошо.

— Не задаёшь вопросов о том, что я чувствую к тебе.