Книга Фатальное прикосновение, страница 27 – Виктория Балашова

— Каков его интерес к России? — поинтересовался Радецкий.

— Как я понял из письма, желает вложить деньги. Знакомство с нашим Бобрыкиным может статься полезным. С Каперсом-Чуховским тоже. Помещик имеет деловую хватку, хоть и в иных предприятиях. Потому, как я понял, герцога в пятницу и пригласили. Внедриться, так сказать, в российские круги. Надо же с чего-то начинать.

Ольга Михайловна опять опечалилась.

— Представьте, Генриетта, а мы не у дел! Я бы хотела увидеть таинственного герцога. Герман Игнатьевич рассказал, что тот выиграл совершенно сумасшедшие деньги в казино! Мы в прошлом году путешествовали по югу Франции, но до Монте-Карло не добрались. Теперь уж точно следует запланировать посещение этого выдающегося места.

Вспомнив теплые, летние дни, Ольга вздохнула. За окнами не прекращался дождь; промозглая погода не способствовала прогулкам. А тут еще и лишают такого развлечения! Привидения, французский герцог, хоть он и монегаск, прости Господи…

— А что если… — медленно проговорила Радецкая, и Герман вздрогнул, так как прекрасно знал вот это «что если» своей супруги. Предчувствия его не обманули. — нам, дорогая, переодеться в мужчин? Надеть мужские костюмы? В истории подобные экзерсисы известны. На голову наденем парики. Главное, чтобы нас впустили. Если приглашенные господа признают в нас барышень, так то не страшно. Не выдадут. Главное — войти в клуб!

Мужчины посмотрели на Ольгу. Герман сразу понял, что жену не отговорить. Сиверс по взгляду своей супруги догадался, что она полностью поддерживает авантюру Радецкой. Кто б сомневался!

— Ой, как вы, Оленька, здорово придумали! — Генриетта аж подпрыгивала от нетерпения. — Надо только где-то раздобыть мужские костюмы на наш размер!

Дамы уединились в гостиной, а днем того же дня Сиверса и Радецкого заставили ехать к портным. Мерки Генриетта и Ольга сняли друг с друга сами, призвав на помощь горничную хозяйки дома. Хохот стоял невообразимый. Тем не менее, мужья ничего смешного в ситуации не находили из-за разгуливавшего на свободе убийцы, хуже того — убийц. Но в итоге их фактически вытолкали за дверь, велев брать экипаж.

— Времени осталось совсем мало! — щебетала Ольга Михайловна, понимавшая, что надобно прикинуться безвинной овечкой, а не борцом за свободы женского пола. Она проклинала себя за совершенно нехарактерное для себя воркование, но цель, как известно, оправдывает средства. — Поторопи портного, душа моя. Скажи, что необходимо срочно-срочнёхонько! Нам вашим с Ефимом Карловичем гардеробом не обойтись!

И не поспоришь. Герман Игнатьевич был гораздо крупнее супруги. Лишнего весу он старался не набирать, но его телосложение от природы не отличалось тщедушием и костлявостью. Да и росточку Радецкий был поболе. Ефим Карлович, напротив, являл собой пример человека худого, но жилистого. А вот его жена обладала пышными формами, с которыми надо было что-то делать, так как некоторые части тела никакими мужскими костюмами не скроешь.

В итоге решили грудь максимально сжать корсетом, а фрак заказать размером больше. Дамы надеялись, что рубашка и жилетка смогут замаскировать лишние в данном случае выпуклости, а фрак довершит дело. Генриетта выбрала себе темно-синюю ткань для фрака, жилетку из светлого атласа с вышивкой в тон фраку и горчичного цвета брюки. Панталоны, слава Богу, давно вышли из моды, и брюки должны были сесть на дам идеально. Ольга предпочла темно-бордовый фрак, жилетку тоже из атласа, но золотистого оттенка и строгие, черные брюки. Говаривали, что брюки скоро внедрят в дамский гардероб. Не верилось в подобную чушь, но надо ж кому-то и начинать.