Книга Тайна пропавшей рукописи, страница 48 – Виктория Балашова

— Потому что любим друг друга, но разве за этим следует что-то? – Элизабет надела нижнюю юбку и потянулась за корсетом. – Помоги лучше зашнуровать корсет, – попросила она и повернулась к Уильяму спиной.

— По-моему, любовь значит многое для человека. Порой, он готов ради нее на большие жертвы. И даже может лишиться жизни из-за любимой, – высокопарно заявил Уильям.

— Все это твои пьесы. Ты не живешь, ты придумываешь, – она протянула руку за второй юбкой, на сей раз с кринолином. – Смерть, любовь, страсти… Герои сонетов и пьес живут именно так. Иначе, кому будет интересно смотреть на сцену, если на ней не проливается кровь влюбленных, – Элизабет усмехнулась. – В настоящей жизни все гораздо менее возвышено.

— Жаль, что ты так думаешь, – Уильям был удручен. Он и сам понимал, что Элизабет права, но ему не хотелось признаваться себе в этом.

Она закончила одеваться, кое-как привела волосы в порядок и выбежала из дома. Уильям остался в одиночестве, глядя с грустью на разобранную постель. Он все чаще задумывался о том, куда ведет его судьба. Но никак не мог понять смысл, заложенный в пути, по которому он следует. Жизнь в Лондоне уже не так его радовала, как раньше. Гораздо спокойнее порой бывало в Стрэтфорде. Анна молча радовалась его присутствию дома, не задавая лишних вопросов и не пытаясь требовать большего.

Уильям привычно писал по две-три пьесы в год. Они имели успех, дела в театре шли в гору. Отец Бербриджа подумывал о строительстве нового здания и искал подходящий участок в черте города.

В мае Элизабет неожиданно сообщила, что уезжает в Париж. Она неважно себя чувствовала в последнее время, и королева позволила ей покинуть на лето двор.

— Мне очень жаль покидать тебя, – Элизабет и в самом деле была очень печальна. – Не знаю, когда мы сможем увидеться вновь.

— Почему ты так говоришь? – Уильяму стало не по себе. – Ты действительно серьезно больна? Я готов сопровождать тебя во Францию.

— Не нужно, – Элизабет грустно покачала головой. – Надеюсь, туда сможет подъехать граф. Генри обещал позаботиться обо мне.

— Опять граф Саутгемптон! – Шекспир не мог скрыть охватившую его ярость. – Ты пытаешься играть с нами обоими. Не пора ли сделать выбор? – он говорил эти слова, но понимал, что если выбор будет сделан не в его пользу, то вряд ли он будет готов принять его.

— Я сделала выбор, но не могу сейчас об этом говорить, – Элизабет старалась не смотреть на Уильяма. – Не уверена, что мой выбор правильный. Но я вынуждена поступить именно так.

— Ты выбрала графа? Я так и знал. Этим все и должно было кончиться!

— Не сердись, Уильям, – Элизабет ласково провела по его щеке, – еще ничего точно не известно. Я уезжаю, и прошу тебя постараться меня забыть. Как бы ни скалывались наши отношения с Генри, я, скорее всего, не вернусь в Англию.

* * *

— Граф, я устроил вашу поездку в Париж с секретарем королевы, – Эссекс говорил надменно, стараясь всем видом показать свое неудовольствие. – Елизавета не доверяет мне, и ваш поступок не добавит мне в ее глазах доблести.

— Я несказанно благодарен вам за то, что вы сделали, – Генри склонил голову.

— Я делаю это не для вас, и вы прекрасно понимаете, в чем дело, – Эссекс не скрывал обуревавших его чувств. – Ваш поступок низок. Я не ожидал такого от собственного друга.