Онлайн книга «Пророчество Гийома Завоевателя»
|
Филипп встряхнул головой, прогоняя наваждение. Он, естественно, проигрывал в сравнении с красивым и статным Герцогом Гильомом. Его некая «блеклость», ни в какое сравнение не шла с красивым лицом герцога, признанного ловеласа и сердцееда. Но, что-то убеждало Филиппа в правоте своих догадок. Бертраде он понравился, более того, ее тянуло к сильному королю… Бертрада де Монфор хотела любви, страстной и сжигающей. Но, вместе с этим, она хотела и жаждала власти, власти безграничной и высокой! Увидев короля, Бертрада вспомнила слова одной анжуйской сеньоры, в пылу откровенности проговорившейся о романе с Филиппом: «Такого страстного и, одновременно, робкого и чуткого мужчины я еще не видела в жизни! – Лепетала глупенькая Изабелла де Люжэ о своем мимолетном романе с королем Франции. – Боже! Казалось, все бы отдала за еще одну сладкую ночь с Филиппом…» Эти слова запали в душу чувственной Бертраде и сегодня выпала возможность наглядно убедиться в их правоте. От Филиппа исходила какая-то древняя, уже забытая, сила самца, покорителя и повелителя женских сердец. Его уверенный голос, жесты и посадка говорили сами за себя. Да, он был не красавец, как герцог Гильом. Но, Филипп и не был пустым ловеласом, было видно его ищущую натуру, стремившуюся к страсти и любви, к любви и страсти… — Сир! – Не выдержала Бертрада, заговорив первой с королем. – Многие рассказывают о вашем «увлечении». Эти ваши «купальни» или, как там…. Просветите нас, неразумных, пожалуйста… Глаза ее загорелись, но, тут же, умело погасли, скрывая свой интерес к Филиппу, а не к его купальням. — Мадам графиня, – начал Филипп. – Если вы изволите знать, еще древние римляне уделяли большое значение купальням и баням. Их пресловутые термы, были не чем иным, как огромными помещениями, где можно было помыться горячей водой, поплавать в прекрасном бассейне, умастить свое тело ароматическими маслами…. Мое, как вы изволите сказать, «увлечение», старо как мир! — Было бы интересно краем глаза взглянуть на ваш бассейн, сир… – томно опустив взгляд своих прекрасных глаз, сказала Бертрада. Ее грудь высоко вздымалась от возбужденного дыхания. «А, уж как хочется мне… – подумал Филипп. Он вслух, совершенно безразличным голосом ответил: — Когда ваш супруг, наш верный вассал Фульк соизволит побывать в Париже – милости прошу, если он вас возьмет с собой… Его взгляд сказал совершенно другое: «приезжай, мы утонем с тобой в страсти, которая больше и лучше, чем все бассейны мира»… — Вот, еще! Баловство, какое… – буркнул граф Фульк Анжуйский. Бертрада резко взглянула на него так, что Фульк как-то весь сразу съежился и сжался. «А девочка, оказывается, та еще! Вертит своим мужем, сделав из него «подкаблучника»! – Улыбнулся еле заметно Филипп… Король Франции переключил все свое внимание на герцога Гильома Песенника Аквитанского. Они пели, рассказывали друг другу смешные истории, касающиеся их амурных приключений, короче говоря, весело проводили время в гостях у Фулька. Празднества продолжались три долгих и утомительных дня. Каждое утро, после обязательной молитвы, которую Филипп и остальные гости еле-еле и с большим трудом переносили – ужасно болели головы после вечерних возлияний, Фульк увозил гостей на охоту. Каждый раз, все эти три дня, Фульк старался, делая порой невозможное, угодить своим дорогим и знатным гостям. Медведь, олени, кабаны и облава на волков – это только маленькая часть его обширной программы развлечений. |