Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 55 – Виктор Бушмин

Филипп с большим трудом дождался возможности уехать домой. Все эти дни он часто и постоянно искал взглядом Бертраду – она сопровождала гостей практически везде, как и полагалось матери именинника и хозяйке празднеств. Самым приятным в этих мимолетных мгновения счастья было то, что Филипп, также был желанен. Король часто видел долгий, пронзительный, томный и зовущий взгляд бездонных глаз Бертрады, манящих и суливших ему Бог весть что…

На четвертый день, Филипп, сославшись на страшную занятость, засобирался уезжать. К его радости, герцог Гильом Аквитанский, почуяв, что ему вряд ли удастся завоевать сердце Бертрады, также решил уехать. К полудню, практически все гости, за исключением вассалов графа и ближайших соседей из Марша и Ангумуа, собрались в дорогу.

Король Филипп стоял возле своего коня, ожидая, пока конюх поправит сбрую, когда к нему подошел герцог Гильом и сказал:

— Всего хорошего тебе, Филипп, сюзерен мой и друг! Я был очень рад снова видеть тебя в здравии, бодрости духа и тела! Святые угодники, да не оставят тебя!

— Спасибо, Гильом! Мне просто замечательно было встретить тут тебя! Честно сказать, для меня большая радость иметь такого вассала, как ты, великий герцог. Сам понимаешь всё остальное…

Гильом поморщился. Он склонил голову в поклоне королю, преисполненный гордости:

— Сир. Филипп, поверь, мне и самому, порой, даже очень часто, приходится вспоминать о тебе. Для меня и моего рода большая честь быть вассалом тебя, мой король и кузен. Да! У тебя земель втрое меньше моих владений! Но, это – сущая ерунда! Всё, мой король, находится в наших с тобой руках.

Гильом молча посмотрел на короля франков. Филипп не отвел взгляда. Ему нравилась прямота и открытость своего друга и могущественнейшего из подданных. Король вздохнул, потом, взял в руки свой кинжал тонкой итальянской работы, и протянул его герцогу:

— Гильом! Прими от меня этот скромный подарок! Знай, я – твой верный и надежный друг до скончания века!

Гильом принял кинжал, с интересом рассмотрел подарок короля и… рассмеялся:

— Сир! Да вы, просто не можете уразуметь одной важной для себя вещи! Нам с вами, в отличие от остальных графов, просто нечего терять, кроме своих корон! Для меня, куда важнее, когда я знаю, что мой сюзерен, пусть он от меня и далеко, верит в меня и надеется на меня!

— Ладно, кузен. Мне, пожалуй, пора… – грустно сказал Филипп. Ему доложили, что эскорт готов и принц Людовик уже находится в седле. – Малыша Людовика, вот, решил отдать в обучение и воспитание! Пора ему готовиться стать рыцарем…

Гильом посмотрел на принца, почесал свой крупный волевой подбородок, заросший щетиной, и сказал:

— Малыш у тебя, мой король, красавец! Эх, жаль, что нет у меня дочки! Ей Богу – женил бы!

Филипп и герцог засмеялись. Король обнял Гильома:

— Спасибо за искренность, великий герцог.

— Это честно, сир. Да! Чуть не забыл! Как тебе, Филипп, наша графиня Бертрада? Еще та «штучка», не правда ли? Глаза, губы, грудь! Просто восхитительный розанчик вырос на «грядке» мессира Фулька! А?

Филипп решил не откладывать вопрос в «долгий ящик», сказав герцогу правду:

— Гильом. Я, кажется, полюбил ее…

Гильом открыл рот, постоял так мгновение, потом хлопнул себя по ногам и засмеялся:

— Сир! Кузен и друг! Я тебе – не соперник! Флаг тебе в руки, сир! Удачи в бою!..