Книга В этом поезде каждый – подозреваемый, страница 119 – Бенджамин Стивенсон

— Ну… то ограбление, с которым я работаю.

— Кажется, ты говорил, что ее зовут Полли.

— Нет, я говорил, что у нее цветочное поле.

— Ты этого не говорил. Я же предупреждал тебя, Энди, что здесь важна точность.

Лиза снова бибикнула, долго и протяжно. Я поднял вверх палец. Ее губы сложились в слово, неподходящее для бумаги. Но разговор с Энди был действительно важен. Я ведь говорил вам, что в таких книгах два совершенно непохожих дела часто оказываются связаны между собой.

— Господи, Энди, мы с тобой работаем над одним делом!

— Да? У тебя новое дело?

— Двойное убийство.

Энди огорченно зацокал языком:

— Почему тебе всегда достается лучшее?

Я пропустил его слова мимо ушей.

— Ты считаешь, что твое ограбление связано с наркотиками, правильно?

— Ага! Как раз это я и хотел тебе сказать. В цветочном бизнесе ограбления – обычное дело. Потому что некоторые цветы содержат опиум. Фактически героин. Его можно выпарить.

— Цветочное поле, – пробормотал я.

— Нет, ее зовут не Полли. Я же тебе говорил, ее зовут Маргарет.

— Маковое поле, Энди. Опиум.

— Да, я же только что тебе сказал. Это ее специализация… – Он на секунду пропал, но тут же снова объявился. – Странно, да? Как это связано с твоими убийствами?

— Кажется, твой грабитель – это мой убийца.

— Шаг вперед?

Я посмотрел на площадку для курения, куда мне предстояло шагнуть.

— Расскажи о своем деле.

— Нетушки! – перешел на крик воодушевленный Энди. – Твое дело я уже раскрыл? Ведь раскрыл, да?

Нет, конечно. Я уже многое понял из разговора с Лизой, но настроение у меня было великодушное. Возможно, из-за наплыва адреналина. К тому же он и в самом деле дал мне важную подсказку прошлой ночью. Поэтому я сказал:

— Да, Энди, ты раскрыл его.

— Ура! Я расскажу об этом на веб-сай…

И тут связь прервалась.

Лиза опять надавила на клаксон – на этот раз двумя короткими импульсами – «бип-бип», и я опять сосредоточился на поезде передо мной. Шум ветра немного притих. Лиза просигналила еще раз, видимо желая поторопить меня. Перила впереди раскачивались, но просвет между ними и капотом оставался небольшим. Это был мой шанс.

Я выпрямился, сделал пару шагов по капоту и прыгнул.

И перестарался.

При такой скорости я рассчитывал пролететь на полсекунды дольше, но грохнулся о перила практически мгновенно. Ошеломленный ударом, я едва не соскользнул вниз, но изо всех сил вцепился в перила и повис, пытаясь отдышаться. Ветер уже не ревел, да и хлестал не так сильно. Я рассмеялся – спонтанная реакция на опасность. Разве мог я подумать, отправляясь в эту поездку, что мне придется хвататься за хвост идущего полным ходом поезда? Но сейчас нужно было просто подтянуться и перелезть через перила.

Я не решался посмотреть вниз, боясь, что желудок не выдержит размытой картины проносящейся подо мной земли, но на «лендкрузер» все-таки оглянулся, в полной уверенности, что тот скрылся в облаке пыли, унося вдаль Лизу и рукопись «Жизни, смерти и виски».

«Лендкрузер» по-прежнему был позади поезда. Но еще больше удивило меня то, что Лиза уже не сидела за рулем. И не забралась на капот. Она стояла в пыли рядом с машиной.

Подождите. Стояла?

Я поглядел вниз. Земля была на месте, но она не двигалась.

Вот тебе и прыжок в поезд на полном ходу! Теперь понятно, почему я так больно треснулся о перила и почему стих ветер. Лиза бибикала, пытаясь меня остановить, поскольку поезд затормозил. Должно быть, я прыгнул в тот момент, когда он уже еле тащился. И вот я вишу на перилах, изо всех сил цепляясь за жизнь, а поезд стоит неподвижно.