Книга Обрученные судьбой, страница 100 – Марина Струк

Так и поступили. От унижения, которому она подверглась ныне на этом лугу, у Ксении, казалось, горели от стыда даже уши. Она бросила Ежи, проходя мимо него, зло и резко:

— Я хочу переговорить с паном! Сейчас же!

— Это неможливо, — был ей короткий ответ, услышав который у нее даже руки затряслись от злости. Как это возможно? Как возможно ласкать одной рукой и бить больно, наотмашь другой?

— Тогда я хочу переговорить с паном нынче вечор, когда на стоянку станем, — проговорила она, и Ежи опять покачал головой. — Передай, пусть придет, иначе я сама найду его.

— Это неможливо, панна. С этого дня и ты, и твоя девка будете в возке сидеть. Кухарить она не будет отныне. Выходить из возка по нужде только и только с охраной.

Она опять пленница! И это после того, что было! Да как он может! Ксения даже за грудь схватилась, так больно сжалось сердце при этих словах. Она вдруг подхватила подол сарафана и пустилась бегом. Прочь от Ежи, прочь от любопытных глаз, что могут заметить, как ей больно и горько от этого приказа Владислава запереть ее в возке! Раз он желает сделать его темницей для Ксени, хорошо — отныне так и будет. Только никогда более она не заговорит с ним, отныне его нет для нее на этой земле!

Позади что-то крикнул ей Ежи, потом громко выругался на польском вслед, но догнать так и не сумел. Уж чересчур тяжело для его комплекции бегать так быстро, как неслась Ксения к возку, наслаждаясь в глубине души той досадой, что отчетливо расслышала в голосе усатого ляха. Она обогнула одного из людей Владислава, что бросился ей наперерез, едва не расхохотавшись в голос. Поделом им! Пусть поволнуются! Пусть думают, что она бежать удумала!

Ксения повернула к возку, надеясь скрыться внутри его прежде, чем ее поймают, и со всего размаху налетела на кого-то, кто подходил к возку с противоположной стороны. Мужские руки поддержали ее, не дали упасть, и она даже обрадовалась, решив, что Владислав все же решил встретиться с ней лицом к лицу. Пусть даже для того, чтобы снова отругать за своеволие.

Она подняла глаза, улыбка сошла с ее губ в тот же миг. Это не Владек придерживал ее за тонкий стан сейчас, а тот самый шляхтич, что возглавлял присоединившийся к ним этим утром польский отряд. Она хорошо рассмотрела его сегодня, через узкую щель меж занавесями оконца, а потому тотчас узнала.

— Не так шибко, прекрасная панна, так и упасть недолго, — улыбнулся Милошевский самой очаровательной улыбкой, на которую только был способен, но талии ее не отпустил, прижимая ее к себе. Ксения подняла руку, чтобы оттолкнуть чересчур настойчивого ляха, и он в тот же миг вложил в ее пальцы ромашку на коротком стебле, заставив ее растеряться от подобного жеста. — Куда же так спешит, дивная богиня?

— Дивная богиня спешит в возок, где ей было приказано сидеть и носа не совать наружу! — прогремел рядом голос Владислава. Он резко выдернул Ксению из рук Милошевского, пребольно сжав пальцами ее локоть. А после выдернул из ее руки ромашку и бросил наземь, толкнул Ксению к возку, настойчиво вынуждая ее залезть внутрь. Когда она подчинилась ему, перепуганная ледяным взглядом его глаз, Владислав с силой захлопнул дверцу возка так, что занавеси взметнулись вверх.

— Что это за дивное создание, пан Заславский? — перешел на польский язык Милошевский, внимательно наблюдая за действиями Владислава. — Где ты нашел ее?