Книга Таинственный незнакомец, страница 38 – Лиза Клейпас

При виде незнакомой еды Гаррет поежилась.

— Это напоминает червей.

— Ну какие же это черви? Это приготовлено из муки и яиц. Попробуйте.

— Нет, я не могу. Правда не могу. – И видя, как Рэнсом наматывает на вилку длинные веревки из теста, она слегка побледнела. – О господи! Не ешьте это у меня на глазах.

Рэнсом рассмеялся:

— Вы такая брезгливая? А еще доктор.

— Пожалуйста, уберите, – попросила Гаррет.

Он покачал головой и сочувственно улыбнулся.

— Подождите здесь. – Отдав оловянную миску двум паренькам, стоявшим за прилавком, Рэнсом отошел и вскоре вернулся с бутылкой коричневого стекла.

— Имбирное пиво? – предположила она.

— Brachetto rosso.

Осторожно пригубив напиток, Гаррет одобрительно промычала: это оказалось красное сладкое вино, – и пока они обходили стороной толпу, собравшуюся в центре площади, продолжала прикладываться к горлышку.

— Чего они ждут? – поинтересовалась Гаррет.

— Скоро сами увидите. – Этан повел ее к восточной стороне, где возвышался внушительный дом собраний с классическим портиком по фасаду и массивными колоннами.

— Если бы сейчас меня увидела моя бывшая школьная директриса мисс Примроуз, то пришла бы в ужас, – с улыбкой сообщила Гаррет. – Она всегда говорила, что есть на улице нельзя: это простительно только простолюдинам.

— А в какой школе вы учились?

— В Хайгейте, в экспериментальной закрытой школе. За обучение платила моя тетка Мария. Там учили девочек тем же предметам, что и мальчиков: математике, латыни, естествознанию.

— Вот оттуда все проблемы и начались, – заключил Рэнсом. – Никто не довел до вашего сведения, что девочки не могут заниматься науками.

Гаррет рассмеялась.

— Все мои родственники по отцовской линии утверждали то же самое. Их привела в ярость идея отправить меня в это заведение. Бабка, например, говорила, что образование может настолько тяжело поразить женский мозг, что я до конца своей жизни останусь неполноценной – как умственно, так и телесно. И не только я, но и мои будущие дети тоже станут дебилами! Но тетя Мария все-таки настояла на своем, благослови ее Господи! Отец, в конце концов, согласился с ее планом, главным образом потому, что мне исполнилось десять и он не знал, куда меня деть.

Они дошли до дома собраний, и Рэнсом провел ее в укромное место между гигантской колонной и пролетом колоссальной каменной лестницы. Тут было прохладно, темно и немного пахло сыростью и ржавчиной.

Опустив саквояж и трость на камни, Рэнсом с живейшим интересом посмотрел на Гаррет.

— Вам нравилось в школе?

— Очень. Я была рада получить настоящее образование. Это изменило мою жизнь. – Прислонившись к стене, она сделала еще один глоток вина, а потом задумчиво продолжила: – Конечно, жить в пансионе не то же самое, что иметь нормальную семью. Ученицы лишались воли из-за своей зависимости от преподавателей. Если нам было плохо или становилось грустно, мы держали это при себе и старались заняться каким-нибудь делом. Мисс Примроуз хотела научить нас стойкости и уверенности в себе. – Гаррет помолчала, задумчиво покусывая нижнюю губу. – Иногда мне кажется… возможно, я приняла эти уроки слишком близко к сердцу.

— Почему вы так говорите? – Опершись плечом на стену, он внимательно слушал. Его большое надежное тело оказалось почти вплотную к ней.