Книга Лорна Дун, страница 211 – Ричард Додридж Блэкмор

Пока он произносил эту омерзительную речь, я навел ствол ружья ему в грудь. Целясь на отблеск его металлической пряжки, я не смог бы промахнуться. И если бы я нажал на курок, Карвер Дун тут же свалился бы на землю бездыханный. И все же… Поверите ли вы мне, если я признаюсь, что не смог выстрелить! Клянусь всем святым, я просто не смог этого сделать.

Я никогда не забирал человеческую жизнь и не наносил людям серьезных ран, если не считать только синяков во время боев на ринге. Поэтому я швырнул карабин в сторону и вооружился дубинкой, более подходящей для моей цели.

Итак, двое молодых людей направились в мою сторону, держа в руках пучки конопли, облитые смолой и подожженные от фонаря Карвера. Первый из Дунов протянул свой факел к ближайшему стогу, но из-за дыма не разглядел и меня самого. Я с размаху ударил его ребром ладони по руке и тут же услышал хруст кости, как будто сломалась ветка дерева. Юноша со стоном упал на землю и начал кататься от боли, выронив факел, которым тут же опалил себе лицо. Второй воин остановился, не понимая, что происходит, и тут я выхватил у него пучок конопли и горящим концом ткнул ему прямо в глаза. Он бросился на меня, но я перехватил его руку и тут же сломал ему ключицу, после чего бросился прямо на первого Дуна, валяющегося чуть поодаль.

Эта победа вдохновила меня, и я уже собирался рвануться вперед, чтобы сразить-ся с Карвером, но вовремя сообразил, что тот, в отличие от меня, не станет церемониться, а сразу же выстрелит. А что значит человеческая сила по сравнению с пулей? И еще я вспомнил обещание, данное Лорне. Если меня убьют, то кто же станет защищать мою возлюбленную от разбойников?

Пока я так раздумывал (а на это у меня всегда уходит уйма времени) грянуло сразу шесть выстрелов, и возле дома повисло облако дыма. Это стреляли наши бравые солдаты по приказу Джереми Стиклза, останавливая Дунов, которые уже подходили ко входу, готовые на убийства и насилие. Два негодяя свалились замертво, а остальные, не ожидавшие такого приема, врассыпную бросились наутек.

Не в силах стоять более в темноте, я рванулся вперед, понимая, что Лорна сейчас, наверное, уже сходит с ума от тревоги. Тем не менее, в меня никто не выстрелил, и я, узнав Карвера, схватил его за бороду и прошипел ему прямо в лицо:

— И ты смеешь после всего этого называться человеком?

Он был настолько ошеломлен, что некоторое время не мог вымолвить и слова. Никто еще не позволял себе такого обращения с ним, тем более Карвера поразил еще и мой рост. Спохватившись, он вынул пистолет, но я и тут успел опередить его.

— Предупреждаю последний раз, — грозно произнес я, выбивая пистолет у него из рук, — не смей больше и носа совать сюда. Я с радостью бы потягался с тобой силой, да только считаю это ниже своего достоинства. Ты хуже самой паршивой свиньи, поэтому место твое — валяться в грязи. Вот и ступай туда!

С этими словами я повалил его в лужу навоза и придавил сапогом. Конечно, он был наверняка сильнее меня, но только никогда не занимался борьбой, а я знал такие приемы, что мне не стоило особого труда уложить Карвера на месте. Завидев позор своего предводителя, Дуны бросились к конюшне, один из них все же успел выстрелить, и я почувствовал, как меня обожгла пуля. Но тут на помощь уже подбежали наши солдаты, и только некоторым разбойникам удалось успеть оседлать коней. Последним взлетел в седло сам Карвер, потому что занятый раной, я оставил его в покое, чем негодяй тут же и воспользовался. Уезжая с нашей земли, он грязно выругался, но я уже не слушал его проклятий.