Книга Серена, страница 122 – Рон Рэш

Кэлхун поднял руку, пресекая дальнейшие протесты промышленника.

— Такое предложение я готов выслушать хоть завтра, хоть в любой другой день, лишь бы миссис Пембертон доставила мне радость своим присутствием.

— А вы что думаете, мистер Левенштейн? – спросила Серена.

— Не могу вообразить, как инвестирую в Бразилию, – признался тот. – Ни при каких обстоятельствах.

— Стоит прислушаться, Левенштейн, – заметил Кэлхун. – Харрис уверял, что о древесине нашей собеседнице известно больше, чем любому другому. Верно ведь, Харрис?

— Вне всякого сомнения, – кивнул тот.

— Но как же ваш новый лагерь в округе Джексон? – спросил Левенштейн. – Не задержит ли он вас в Северной Каролине?

— Мы уже готовы начать заготовку древесины, – ответила Серена. – И не позднее чем через год завершим все работы.

— Бразилия… – глубокомысленно протянул Левенштейн. – А что же вы, Харрис? Вам интересна Бразилия? Золото инков хотя бы?

— Нет, – отрезал магнат. – Как бы ни убеждала нас миссис Пембертон, думается, я предпочту Северную Каролину.

— А жаль, – вздохнул Кэлхун. – То, как вы с Пембертонами сумели нажиться на горных работах и на заготовке леса с одного и того же участка земли, представляется мне просто блестящим.

— О да, – согласился Харрис, подавая официанту знак повторить ему порцию виски. – Пембертоны берут то, что торчит над землей, а я – то, что в глубине.

— И что же вы нашли в этих глубинах? – спросил Левенштейн. – Я не в курсе, что добывается в здешнем регионе.

— Мистер Харрис довольно скрытен по части своих дел, – заметила Серена.

— Верно, – признал промышленник, – но поскольку теперь я купил соседние сто акров и владею ручьем до самого истока, могу быть более откровенным.

— Вы, конечно, не золото имеете в виду? – поднял брови Кэлхун.

Осушив новый стаканчик, Харрис расплылся в улыбке:

— Лучше, чем золото. Близ Франклина находили рубины, которые меряют унциями. Мне самому довелось видеть такой, размером с яблоко. Сапфиры и аметисты тоже есть. И все они добыты в пределах тридцати миль от нашего участка в округе Джексон.

— Значит, ваши новые владения сулят еще больше подобных находок? – спросил Левенштейн.

— Честно говоря, – ухмыльнулся Харрис, запуская руку в карман, – не просто сулят.

Подобно фокуснику, демонстрирующему трюк с исчезновением монеты, он раскрыл ладонь, на которой обнаружилась небольшая серебряная табакерка. Харрис отвинтил крышку и высыпал содержимое в руку.

— Что это? – спросил Левенштейн, разглядывая с десяток камешков, формой и размерами схожих с каплями слез цвета засохшей крови.

— Рубины, – с гордостью ответил Харрис. – Эти камни слишком малы, чтобы стоить больше нескольких долларов, но можете быть уверены, что там их гораздо больше, поскольку эти я самолично собрал в ручье и по его берегам.

— Хотите сказать, течение вымывает их из богатой рубинами жилы, скрытой в недрах? – уточнил Кэлхун.

— Именно. И, как правило, на поверхности оказываются лишь самые мелкие экземпляры.

Харрис высыпал рубины обратно в табакерку, после чего снова полез в карман, чтобы извлечь оттуда другой камешек – того же размера, но уже лилового оттенка.

— Аметист, – доложил он. – Представляете, этот чертов камень валялся прямо у фермерской хижины. Родолитовый песок по всему двору – верный признак того, что стоит только копнуть, и найдешь куда больше того, что я вам показал.