Книга Отличная работа, Роберт!, страница 71 – Ванда Лаванда

I've been reading books of old

The legends and the myths

Achilles and his gold

Hercules and his gifts

Spider-Man's control

And Batman with his fists

And clearly, I don't see myself upon that list

But she said, "Where'd you wanna go?

How much you wanna risk?

I'm not lookin' for somebody with some superhuman gifts

Some superhero

Some fairy tale bliss

Just something I can turn to

Somebody I can kiss"

I want something just like this^[1]

Как оказалось, на выступление Роберта смотрел не только Бенджамин, но и почти все присутствующие, так как у него, в отличие от остальных участников, действительно был голос и музыкальный дар. Под аплодисменты Берти неловко поклонился и спустился со сцены. Не садясь снова за столик, он наклонился к Харту и заговорил, не дав тому и слова вставить. Он не хотел сейчас слышать похвалу, комплименты или еще что-то в духе Бенджамина.

— Я и правда устал, пожалуй, поеду домой.

— Мне тоже пора, – кивнул мужчина и поднялся из-за стола.

Они молча собрались, оделись и покинули гостиницу. А когда морозный ночной воздух выдохнул в их разгоряченные лица, они начали одновременно:

— Роберт…

— Бенджамин…

Повисло неловкое молчание, и они даже не смотрели друг на друга. Мимо них проехала машина, ослепив светом фар, и тем самым вывела обоих из оцепенения.

— А, нет, говори первым, – улыбнулся Берти, кутаясь в свою куртку и сжимая в руках пакет с пиджаком, в котором приехал, и другими подарками от коллег.

— Я не отказывался от своего предложения. Приглашение к моей семье на Рождество всё еще в силе. Если ты этого хочешь, то приходи, – Харт смотрел прямо перед собой, словно не желая видеть сомнение на лице Берти.

— А ты? Ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты пришел. Хочу показать тебе, какими бывают праздники у обычных людей.

— А ты уже предупредил свою маму, что будешь плюс один? – уточнил Роберт.

— Она каждый год ждет, что я приду с кем-то. Но, да, я рассказал, что ты придешь на ужин.

— Ладно, нехорошо давать пустые обещания миссис Харт или выставлять тебя обманщиком. Я приду. Просто ты прав, я буду лишним.

— Я этого не говорил! – возмутился Харт и, сжав губы, развернул Роберта к себе лицом, сжимая его плечи, с трудом удерживаясь, чтобы не встряхнуть его, как куклу. Видят Боги, выдержка у этого человека не железная!

— Но ты же сам сказал, что никого, кроме семьи. Никаких посторонних! – удивился Форестер-младший, невинно хлопая глазами. – Я не хочу испортить вашу уютную домашнюю атмосферу. У меня такого Рождества не было, и я обязательно поставлю кого-нибудь в неловкое положение. И хуже всего, если я как-нибудь подставлю тебя! – Берти отдышался и продолжил: – Вот представь, что я случайно скажу твоей маме, что ты бисексуал? Она спустит с лестницы только меня или еще тебя заодно?

— Моя мама – не твоя тетя, – неожиданно мягко сказал Харт и провел ладонями по рукам Роберта вниз. – Кроме того, они знают о моей ориентации. Относятся по-разному, но все знают. Так что ты ничего не испортишь. Ты никогда ничего не портишь. Когда ты появляешься, то все словно начинает сиять разноцветными красками, звуки становятся четче, запахи – ярче. Ты чудесный, ты замечательный. Роберт, ты отлично общаешься с людьми: умеешь и выслушивать, и интересно рассказывать. У тебя артистический дар. Красивый голос, музыкальный слух, искусный литературный слог. Я восхищаюсь тобой, и мне жаль, что, несмотря на все мои старания, похвалу и комплименты, ты никак не увидишь себя моими глазами!