Книга Месть старухи, страница 89 – Константин Волошин

— Как бы не так! Он и раньше бросался волочиться, но так!.. Да ещё за женой сына! Господи! Оборони и помилуй! Какой позор!

— Анна, ведь ничего в точности неизвестно! Вполне вероятно, что это лишь домыслы твоего праздного ума и неудовлетворённости! Подожди немного!

— Слуги в доме всегда всё знают. Я уже выведала о его вхождениях в парк, где он встречается с Габриэлой. И не только в парк, дорогая!

Об этом разговоре Габриэле поведала её служанка. Молодая грешница лишь плотоядно усмехнулась, злорадно подумав: «Вот и опустила я тебя, донья Анна! Посмотрим, как ты запоёшь позже!»

Она умело держала дона Висенте у своих ног. И тому доставляло удовольствие исполнять любые капризы молодой хищницы. Тем более, что дон Висенте сам раздавал обещания, и уже никак не мог их потом не выполнить.

Они почти каждый вечер уединялись в парке. Беседка, укрытая благоухающими цветами стала их интимным местом любовных свиданий. И подслушать и даже подсмотреть их забавы не представлялось трудным делом для проворных и охочих до сплетен слуг.

— Милая моя Анна, — склонилась к ней приятельница, — не составит труда и самой убедиться в правдивости слов твоих слуг. Сама пойди и посмотри, что там происходит.

— Боже упаси! Дева Мария! Убереги меня от такого соблазна! И не напоминай больше об этом! Я такого себе не позволю! Так унизиться? Нет и нет!

— А я бы не отказалась. Это так захватывающе интересно! Боже! Что я говорю? Прости, дорогая!

Донья Анна надула губы. Эта сорокапятилетняя женщина была шокирована столь откровенной глупостью приятельницы. Сразу расхотелось говорить и настроение ещё больше ухудшилось.

И опять страх заполз в грудь несчастной женщины. Вдруг в голове блеснуло воспоминание о совсем недавнем событии. Это случилось три недели назад на одном из приёмов во дворце губернатора. Она не хотела туда ехать, но страх одиночество победил. К тому же очень настаивали подруги.

Там, на приёме, один представительный сеньор весь вечер домогался её внимания, не отходил ни на шаг и увязался сопровождать её до дверей дома.

Было приятно, страшно и тревожно. И потом она несколько дней находилась под впечатлением этого лёгкого приключения. Сеньору она не оставила ни малейшей надежды. И теперь вдруг остро захотелось опять с ним встретиться.

Она вздохнула, понимая, что никогда не позволит себе ничего подобного, предпочла лишь немного помечтать, представляя себя в обществе благородных грандов Испанской короны.

Смутное беспокойство владело Хуаном. Он уже больше трёх недель был заточён в крохотной отдельной пещерке, где кроме горшка для отправления нужды ничего не было.

Он спал на каменном полу, встать в полный рост и то нет возможности. И никаких звуков не доходило до слуха. И темнота. Полная, кромешная и жуткая. Лишь раз в сутки, как он знал, приносили воду и кусок чёрствого хлеба, что и составляло его питание.

Хуан сам попросился на Испытание. Но теперь чувствовал, что глубоко и грубо ошибался. Потеря времени и всего остального мало способствовали у него общению с Высшими силами. За всё время ничего подобного он не испытал и теперь с ожесточением и злостью ожидал окончания этого опрометчивого желания.

Ничего кроме сильного, всё усиливающегося раздражения, он не испытывал. Единственного, чего ему удалось достичь, так это способности быстро засыпать в любых обстоятельствах. И сейчас Хуан добивался от себя способности просыпаться в нужное время. Проверить этого он не мог. Время для него перестало существовать.