Книга Гордость. Вера. Верность, страница 96 – Кирилл Малышев

Неожиданно ткань, скрывающая вход в шатёр, распахнулась, и внутрь, потирая глаза, вошёл сонный Тимоха.

— Я услышал шум. Что тут…

Остановившись, он увидел лежащего в луже чёрной крови Владимира. Несколько мгновений потребовалось стражнику, чтобы осознать, что произошло.

— Узник… Узник убил князя?! – завизжал он.

— Не угадал. – Роман покачал головой и указал пальцем на пытающегося извлечь лезвие Егора.

— Ты? Ты убил его? – глаза толстяка полезли на лоб. – Зачем?

— Тихо, Тимоха, тихо, – прошептал тот, медленно поднимаясь навстречу приятелю.

Пухлое лицо сына мясника покраснело. Как-то по-детски вытянув толстые губы, он сделал глубокий вдох и что есть силы заорал:

— Караул! Князя убили! Караул!

Развернувшись, вопя во всё горло, Тимоха ринулся к выходу. Напарник немедля последовал за ним, на ходу доставая меч.

— Ничего у тебя, Егор, без проблем не получается, – усмехнулся ему в спину Роман. – Ни о вражеской атаке нормально предупредить не можешь, ни убить князя.

Не обращая внимания на слова воеводы, молодой дружинник подскочил к запутавшемуся в тканевой двери приятелю и вонзил меч ему в спину, пробив лёгкие кожаные латы.

— Заткнись! Заткнись! – глотая слёзы, снова и снова повторял он.

— Караул! Караул! – продолжал кричать толстяк.

Ещё удар. Застонав, Тимоха упал на колени.

— Кара… – захлёбываясь кровью, он уже не кричал, а шептал.

Взмах меча.

Тихий свист.

Ещё удар.

Пухлый дружинник повалился ничком, глухо ударившись лбом о лёд. Шлем, слетев с него, заскользил по блестящей глади реки в сторону от шатра.

Егор, часто дыша, затравленно огляделся. С нескольких сторон, держа в руках факелы, к ним неслись ратники, потревоженные криками убитого им товарища.

“Нужно уходить”, – понял он.

Отбросив меч, молодой воин стремглав побежал через весь лагерь. По дороге он, расстегнув, скинул длинный плащ, мешавший ему. Сзади, за спиной, раздавались голоса и крики.

Егор нёсся между шатров через всю стоянку. Там, в сотне шагов, начиналась спасительная темнота. В ней можно было скрыться и, минуя не ожидающий его появления дозор, добежать до Нижнего пятака, а затем, по лестнице – до Бирюзовых ворот.

Главное – это скорость!

С трудом переставляя ноги, дружинник мчался прочь от места убийства. Граница света и тьмы неумолимо приближалась.

Ближе.

Ещё ближе.

Уже совсем рядом.

Вдруг, будто из-под земли, перед Егором вырос десятник.

— Стой! Ты куда? Ты же в карауле стоишь! – крепкая рука начальника уперлась в часто вздымающуюся грудь беглеца.

Егор будто онемел. Он стоял, раскрывая рот, не в силах что-либо сказать.

— Где твой плащ? – начальник внимательно осмотрел подчинённого. – И оружие! Где твой меч, дружинник?!

— Там… Там князя зарезали! – наконец вымолвил тот, указывая в сторону, откуда только что прибежал.

На мгновение повисла тишина, будто десятник не сразу понял, что только что услышал. А затем, грозно сдвинув брови, схватил парня за грудки.

— Ты что, сучий потрох, напился?

— Там… Зарезали… Я к тебе бежал. Гляди сам!

Оторвав взгляд от его взмокшего лица, начальник через плечо воина посмотрел в указанном направлении. Там действительно происходило что-то странное. Десятки людей отовсюду стекались к шатру, держа в руках факелы.

— Что за… – округлив глаза, прошептал он.

Егор, оцепенев, молчал. Ночь разрезал звук тревожного рога.