Книга Нино и ее реальность, страница 44 – Анна Теплицкая

Вновь и вновь я возвращалась мыслями к нашему разговору с Алисой. Значит, у Алексея Александровича родился ребенок. Мальчик или девочка? Долго думать об этом я была не способна, поэтому переключилась на следующую тему. Алиска ничего не сказала про моих детей, а я побоялась спрашивать. С кем живут мальчики? С другой стороны, значит, с ними все хорошо. Хотела я этого или нет, между мной и Петербургом вновь протянулась липкая паутинка.

Вечером я прибралась. Выкинула наконец из спальни осколки от бутылки и накинула на старое зеркало покрывало. Я так сильно боялась опять заметить старую Нино в отражениях, что перед сном чистила зубы вслепую, не решаясь взглянуть на себя в зеркало.

Сегодня утром заходила хозяйка квартиры: «Наконец-то я тебя застала». Через неделю заканчивается срок аренды, и она требует оплату за следующие три месяца. Я побежала в банк, где меня ждал неприятный сюрприз:

— Девушка, мы не обслуживаем российские карты.

— В смысле? Где мне тогда взять деньги?

Как ни странно, в банке мне не смогли ответить на этот простой вопрос. Я думала, что прихваченной с собой налички мне хватит на всю жизнь, но она безжалостно быстро закончилась. Дома я перетряхнула всю одежду, находила мятые купюры в карманах джинсов, стираных шортах и сумках. Еле преодолев резкое желание сесть, я пересчитала деньги –  по сухому итогу оставалось чуть больше трехсот долларов. Этого вряд ли хватит даже на обратный билет до Петербурга.

На четыре доллара я купила пачку сигарет. За три доллара я доехала до дома. Мне поплохело. Я поднимаюсь по лестнице и думаю перехватить какую-то сумму у Алиски, как замечаю у двери мужчину. Это Сандро. Мои губы складываются в искусственную улыбочку: «давно-не-виделись-как-дела». За дни нашей разлуки Сандро успел побриться и надел новую рубашку, прекрасно на нем сидевшую.

— Проходи, –  только сказала я.

Он ведет себя по-хозяйски, ложится на диван с ногами, и я с неудовольствием замечаю грязные следы на чисто вымытом паркете. Я хмыкаю и ставлю варить кофе.

— Зачем пришел?

— За тобой.

Мой безжалостный смех заполняет пространство между нами. Мне точно полегчало, когда вместо обиды я сумела изобразить свое полное равнодушие.

— Слушай, я тебе не нужна, –  отсмеявшись, сказала я, стараясь не выдать своего довольства. –  У меня кончились деньги, и теперь мне придется уехать из Грузии.

Сандро ответил не сразу. Он серьезно посмотрел на меня, не пряча своего лица. Не знаю, о чем он думал, ведь в последнее время его острые черты лица были для меня абсолютной загадкой. Он насупился и сдвинул черные брови.

— Нет, –  произнес он и с нежностью коснулся моей руки. –  Я этого не перенесу. Видишь ли, так сложилось, что я окружен людьми, которые теряли близких. Ираклий не удержал жену, Мариам не сохранила ребенка, а у Луки прямо на руках погиб брат. Я просто не могу потерять тебя.

Про Луку такого я раньше не слышала. Погиб брат? Почему мне никто об этом не говорил? Все это время он казался мне ужасным пошляком, лишенным способности к вдумчивой рефлексии, но только теперь я поняла, что он намеренно обходил серьезные темы стороной.

Сандро сказал, что его братья, а он считает и Ираклия, и Луку не меньше чем самыми близкими людьми на свете, могут производить не лучшее впечатление, но это только до той поры, пока не узнаешь получше их историю.