Книга Загранкомандировка, страница 47 – Дмитрий Штиль

— Он пуст, товарищ советник, — следователь затянулся сигаретой, стряхивая пепел в жестяную банку. — Мы применили весь арсенал дознания. Наемник не врет. Он действительно рядовой исполнитель. Наняли в Пешаваре, дали аванс, координаты тайника в горах и цель. С кем контактировал посредник, он не знает. Где находится лагерь подготовки — тем более. Тупик.

— Проведу повторный допрос старшего группы.

Я повернулся к стоящему рядом лейтенанту из лингвистического отдела Представительства.

— Работаете строго в моем темпе. Перевод синхронный, дословный. Интонация — ровная, безэмоциональная. Никаких дополнительных вопросов от себя. Вы — только мой голос. Задача ясна?

— Так точно, Виктор Сергеевич, — кивнул переводчик, поправляя очки.

Следователь ХАД молча открыл тяжелую металлическую дверь камеры номер четыре. Внутри, на привинченном к полу железном стуле, сидел захваченный нами наемник. Его руки были скованы за спиной. Взгляд пленника выражал тупую покорность судьбе. Он уже сказал афганцам все, что знал, и теперь просто ждал приговора.

Я закрыл за собой дверь. Встал напротив задержанного. Переводчик встал чуть позади меня, оставаясь в полутени. Череп полностью перехватил управление процессом. Физическое насилие было неэффективно. Требовался холодный интеллектуальный прессинг.

Я бросил папку с его показаниями на металлический стол.

— Твои показания — ложь, — произнес я, глядя ему прямо в глаза.

Лейтенант за спиной мгновенно перевел фразу на пушту. Сухо и механически.

— Ты не курьер. И не рядовой минер, — продолжил я, не меняя тона.

Голос переводчика ударил следом, как эхо.

Наемник поднял голову. В его глазах мелькнуло непонимание.

— Я сказал все… Клянусь Аллахом. Я только забрал груз… — забормотал он, глядя то на меня, то на переводчика.

— Экспертиза взрывного устройства показала обратное, — я прервал его, используя метод ложной альтернативы.

Переводчик сработал безупречно, передав мою ледяную интонацию.

— Схема сборки уникальна. Она принадлежит одному из главных инструкторов-взрывников, которого мы ищем два года. Устройство требовало финальной сборки на месте квалифицированным инженером. Ты был старшим группы. Следовательно, этот инженер — ты.

Наемник замер. Его мозг, изнуренный допросами, пытался переварить информацию.

— Организатор диверсий такого уровня не подлежит суду. Приказ о твоем расстреле уже подписан. Приговор будет приведен в исполнение через час во внутреннем дворе.

До пленника наконец дошло: его не просто пускают в расход, а вешают на него организацию терактов.

— Нет! Вы ошибаетесь! — он дернулся на стуле, зазвенев наручниками. — Я не инженер! Я ничего не собирал! Мы забрали готовое! Оно уже было собрано в тайнике! Я даже не знаю, как это работает, мне просто сказали нажать тумблер!

Ловушка захлопнулась. Теперь, чтобы выжить, он сам вывернется наизнанку, доказывая свою техническую некомпетентность.

— Докажи, — сухо приказал я, садясь напротив. — Если ты видел эту бомбу впервые в тайнике, опиши ее. В мельчайших деталях. Как она лежала? Как была упакована? Любая нестыковка — и ты идешь к стенке как инструктор. Начинай.

Наемник судорожно сглотнул. Его память, стимулируемая угрозой неминуемой смерти, начала выдавать детали с фотографической точностью.