Книга Пятая река, страница 63 – Наталия Фишер

Он игнорировал ее, дерзил и спорил сам с собой, но почему-то сейчас, именно сейчас, когда любое проявление слабости было так некстати, не мог ничего поделать с разгоревшимся в груди пожаром и поддался новым для себя чувствам. Вот только дать Асе необходимое тепло и уверенность человек, избалованный вниманием женщин, но лишенный любви матери, вряд ли сумел бы.

Он не понимал Асю, как и она его. Они были слишком разными, с разными вкусами, воспитанием и даже взглядом на мироустройство, но отпустить друг друга уже не могли.

* * *

Промозглая ночь все же пробралась на закрытую от ветров поляну. Ася ежилась, покрывалась мурашками, стучала зубами и жалась ближе к Артуру. Ни один из них не хотел покидать это место. Ведь за пределами острова начиналась жизнь. Обычная суровая жизнь, где нужно считаться с обычаями и правилами, а не следовать своим порывам.

— Ну что, по домам? – спросил Артур, закончив свой рассказ.

— Да, наверное, – пробормотала девушка, начавшая клевать носом в сладостных объятиях парня, куда он снова заключил ее, ведя неторопливое повествование. Рассказывать Артур умел так, что можно было заслушаться и забыть обо всем на свете.

Ася поднялась и потянулась, а парень остался сидеть. Он внимательно разглядывал белевшие в темноте изгибы тела, сбившиеся волосы и длинные ресницы на подернутых поволокой глазах, а потом обхватил ее за лодыжки и прошептал, целуя холодную кожу:

— Я у ваших ног.

Девушка улыбнулась, а в груди взорвался фейерверк восторга и безграничного счастья. Счастья, о котором она даже помыслить не могла.

Когда молодые люди забирались в лодку, Артур сказал:

— Можно тебя кое о чем попросить? – он виновато потупил взгляд, и это выражение было так несвойственно ему, что Ася насторожилась.

— Да, конечно.

— Когда будем подплывать к транзитке, ляг на пол. Все привыкли, что я по ночам катаюсь на лодке, но девушка может удивить случайных прохожих.

— Стесняешься? – невесело ухмыльнулась Ася.

— Переживаю за нас обоих, лишние слухи сейчас ни к чему, – поправил Артур и провел рукой по ее щеке. – Сделай, пожалуйста, то, что прошу.

— Хорошо.

Лодка не спеша причалила к поросшему травой берегу Заречья. На крутом берегу не было ни причала, ни деревянного настила, чтобы Ася могла беспрепятственно очутиться на суше. Артур привязал лодку под мостом транзитки, подтянул ее поближе к берегу и помог девушке выбраться на землю. На прощание он едва заметно прикоснулся своими губами к ее, тут же спрыгнул обратно в лодку и принялся стремительно грести.

Цепляясь за траву, Ася взобралась наверх. Она стояла на темном крутом берегу, поросшем лесом, и взглядом провожала быстро удалявшуюся лодчонку, которой управлял самый важный человек в мире, а в руках сжимала тоненький томик «Алых парусов». Она была счастлива. Так счастлива, что мечтала навсегда остаться в этом дне.

Нет ничего хуже горького послевкусия, оставленного эйфорией. Когда просыпаешься на следующий день, смотришь пустыми глазами на мир, впитавший новые краски, и пытаешься сдерживать рвущуюся наружу улыбку. Так проходит день, два. Потом морок развеивается, а новая волна эйфории так и не наступает, остаются только горечь и страх, что больше ничего подобного не случится.

Все утро воскресенья Ася не могла решить, направиться ли ей прямо к транзитке или же остаться дома и сделать вид, что не так уж она и заинтересована в Артуре, как и подобает приличным девушкам. Уж кто-кто, думала Ася, а она теперь точно далека от определения «приличная». Но безрассудно броситься к Артуру она не могла. Не могла, потому что ужасно боялась услышать в свой адрес очередную подколку или объяснение, что та ночь ничего не значила.