Книга Абсолютная Власть 4, страница 101 – Александр Майерс

Владимир Градов стоял у одного из высоких окон, беседуя с графом Яровым и его дочерью — милой, но, по мнению Эмилии, чересчур невинной блондинкой. Графиня подошла к группе, и её появление заставило разговор умолкнуть.

— Барон. Граф. Прелестная Анастасия Петровна, — проворковала она. — Простите за опоздание. Какой чудесный приём!

— Ваше сиятельство, — Владимир бесстрастно кивнул. — Рад, что вы прибыли.

Они обменялись парой формальных фраз. Эмилия чувствовала, как её нервы натягиваются струнами. Та самая навязчивая мысль, которая не давала ей покоя все эти дни, пересилила осторожность.

— Кстати, барон, — сказала она, делая вид, что вспомнила о чём-то незначительном, — а тот ваш храбрый дружинник… Андрей, кажется? Спасший мне жизнь. Он здесь? Хотелось бы лично поблагодарить его.

Она видела, как на долю секунды взгляд Владимира стал пристальным, будто он пытался прочитать её истинные мотивы. Затем он легко улыбнулся.

— Конечно, графиня. Он здесь. Если хотите, можем найти его.

Сердце Эмилии забилось чуть быстрее. Она кивнула, и Владимир, извинившись перед Яровыми, повёл её через зал. Они шли мимо групп гостей, и графиня ловила на себе восхищённые и завистливые взгляды.

Наконец, Владимир остановился у края танцпола и жестом указал на одинокую фигуру, стоявшую в стороне от всеобщего веселья, у колонны.

— Вон он. Кажется, светские рауты не слишком его привлекают.

Эмилия подошла ближе. И сначала не поверила своим глазам. Это был тот самый человек. Но теперь на нём был не потрёпанная, пропитанная потом и кровью форма рядового, а парадный офицерский мундир. И его рука… была на месте.

Карцева не сразу почувствовала исходящую от неё магию. Протез, который благодаря магии Иллюзии выглядит настоящей, живой рукой.

Она подошла к Андрею. Тот стоял, отвернувшись, и смотрел в окно на ночной сад, но по напряжению в его спине Эмилия поняла, что он ощутил её приближение.

— Здравствуй, — произнесла она.

Он медленно обернулся. Их взгляды встретились. В его глазах не было ни страха, ни подобострастия. Лишь то же тёмное, магнетическое притяжение, что и в овраге.

— Ваше сиятельство, — кивнул дружинник.

Эмилия окинула его взглядом с ног до головы, и её губы тронула насмешливая улыбка.

— Неужели тебя произвели в офицеры? За какие же такие невероятные подвиги?

— Служба, ваше сиятельство. Обычная служба.

— О, вряд ли обычная, — она сделала шаг ближе, сокращая дистанцию до неприличной.

Карцева ловила себя на том, что её возбуждает его дикий взгляд, эта внутренняя мощь, которую невозможно скрыть никаким мундиром. Её тянуло к этому пламени, как мотылька.

— Солдаты не получают офицерские нашивки за «обычную службу». И уж тем более не носят такие мундиры. Ты что-то скрываешь, Андрей.

Она смотрела на него, и кусочки мозаики начали складываться в её голове. Его манеры. Его взгляд. Эта манера держаться, несвойственная простолюдину. Внимание, которое ему уделял Владимир.

И в этот самый момент к ним подошёл один из молодых офицеров дружины Градовых, слегка подвыпивший и разгорячённый.

— Михаил Александрович! — бодро окликнул он. — Пойдём, выпьем за победу!

Он хлопнул Михаила по плечу и, заметив Карцеву, смущённо покраснел, пробормотал извинения и поспешил ретироваться.

Эмилия стояла, не двигаясь, её глаза были прикованы к лицу человека перед ней. «Михаил Александрович». Сердце на мгновение замерло, а затем забилось с такой силой, что стало почти больно.