Онлайн книга «Город с запахом шоколада»
|
— Машенька, vi sadites', ya postoyu… — дернулся вставать Фриц Краузе, и Варт собирался осадить соперника, ведь он уже мечтал, что она сядет вот тут, прислоняясь спиной к его колену и… Но Мари толкала сундук и с кряхтением отмела предложение: — Я на сундуке. Так можно ноги свесить, так уютнее… Что скажете? Как вам какао? — Божественно, — выдохнул каждый на своем. А доктор, наверное, подумал, что в «Грифоне» люди сходят с ума. Потому что именно так Вартислав это чувствовал. Этот треск огня, этот запах, ее колокольчиковый смех, даже учтивые фразы Фрица, и наивность мальчика Михася, и корзина с камелиями на столе, где лежит диковинная салфетка, и даже сундук, которому на корабле место, но здесь он тоже как дома. Как они все… — А давайте сыграем в игру? — предложила Маша, забираясь на сундук вот прямо с ногами. Мужчины смотрели на это вопиющее нарушение приличий с ужасом, Михась — с восторгом, а Варт засмеялся. Потому что он уже знал ее такую. И любил. Потому согласился первым, подтягиваясь на подушках и потягивая нежнейший молочный напиток: — Что за игра? — А смешная, — оживилась Мари еще больше. — Называется «в чепуху». Как раз полезно для языка… Только нужна бумага и чем писать. Погодите, от упаковки какао осталось… — Писать можно углем, — предложил изобретательный Михась. — Как вы вывеску делали. Она написала вывеску углем⁈. Так смоется ведь при первом дожде! Надо будет поправить. Доктор явно колебался между «уйти» и «остаться». Но сдался перед колдовством трясогузки. — Я задаю вопрос «кто» — и каждый пишет в верху своего листочка ответ. Любой. Король, осел, первый встречный, гусь… хрустальный, — фыркнула в сторону Варта. — Заворачивает бумажку от себя и передает следующему. А потом следующий вопрос. В итоге мы напишем пять смешных историй и будем вместе читать. Учиться читать, что кто написал. Идет? — Идет! — заорал явно ничего не понявший Михась, ударяя пятками по боку оттоманки. Так, что аж в ребрах отдалось. — Вы будете писать за меня, пани Маша Алье-кса-дроу-на? Я скажу, что! — Это русское исконное, как и веды про морфий? — спросил доктор Шпик на слабом польском. Мари закусила губу. Что-то она успела и с доктором накрутить, пока его морфием шпиговала?.. Вот, фамилия у него как раз подходящая — Шпик. * * * Маша. Утром вставать не хотелось. Совсем. Только нежиться под срочно одолженным пледом от Дарьи, потягиваться в собственной кровати на чердаке, делать звезду и счастливо поглощать тишину каждой клеточкой тела. Какой вчера вечер получился душевный… Какао удалось, игра удалась… Они в школе в такую играли на уроках… И хихикали. А ребятам из прошлых веков — в новинку. Даже доктор Шпик хохотал до слез, когда расшифровали русско-польско-немецкую чепуху… Маша пошарила рукой и нашла на поднятом наверх вместо тумбочки сундуке: «Один несчастный инженер с тетей, которая не ханжа, на трамвайной остановке перевязывали раненому ребра. А потом вместе цитировали Жуковского». Расхохоталась тихонько. Надо было видеть лицо Варта, когда прочитали кириллицу! А это? «Гусь хрустальный с барышней в парусиновых штанах в лавке шоколада учился вязать носки. А потом они пробовали русское какао и говорили 'harasho!». Собрала все записки, как величайшее сокровище, в стопку и положила обратно. Привстала на локте. Слышно, как похрапывает Вартислав внизу на оттоманке. Краузе вчера ушел, поцеловав ей руку, покосившись на заснувшего княжича и неуловимо вздохнув. А камелии и легкость на душе остались. Неужели можно сказать, что жизнь налаживается, несмотря на все бандитские приключения, что выпали на их долю?.. |