Книга Сколько волка ни корми, страница 172 – Карина Володина

Вздрагивает Вран, широко глаза распахивая, в сторону дёргается – и вместо стона выдохом испуганным губы Баи обдаёт.

— Что? – мигом Бая вскидывается. – Больно?

— Тю-тю-тю, – насмешливо Солн проклятый говорит. – Наивная моя малышка. Да не целовала бы ты лучше следы эти, а когтями по ним хорошенько прошлась – может, хоть так мысли последние в голове пустой всколыхнула бы… Ну что ты смотришь на меня так косо, Враша? Не видит ведь она меня – думает, что с ней не так что-то. Ты уж сердце её побереги, хоть что-то хорошее сделай.

— Нет, не больно, – цедит Вран, и ничего он не может с голосом своим сделать: опирается Солн ладонью о дерево, к которому Врана Бая прижала, сам к лицу врановскому наклоняется, чуть ли не ближе, чем она. – Всё в… порядке, да, всё в порядке. Продолжай.

— Продолжать? – скалится Солн, рубец на шее Врана ногтем почёсывая. – Ну коли просишь ты так…

Не выдерживает Вран, делает то, чего Солн от него добивался – в сторону резко отодвигается.

И от Солна, и от Баи.

Да, всё бы хорошо, всему бы Вран был рад – но не зря он почти всегда глаза при близости с Баей закрывает. И уши бы затыкал, если мог.

Потому что почти никогда они в лесу вдвоём не остаются – потому что почти всегда третий к ним присоединяется, насмешливо за всеми ласками их наблюдающий.

— Вран, – тянет Бая. – Опять?

«Опять».

Мотает Вран головой, улыбку из себя выдавливает – но знает Бая, конечно же, знает, что не так что-то. Догадывается. Облизывает Вран губы беспокойно, несколько мгновений себе лишних выигрывая. Тепло губ на них Баиных оставшееся чувствует, в теле своё тепло это чувствует, не до конца ещё Солном изгнанное, – и обратно Баю к себе за руки притягивает, спиной к Солну поворачиваясь.

Только оказывается Солн тут же снова перед его глазами, у другого дерева. Ну конечно. Хорошо хоть не вплотную.

— Может, на болота вернёмся, красавица? – как можно безмятежнее Вран спрашивает, туда-сюда руки Баи покачивая. – Болота-то большие, не одними землянками вашими богаты, найдём мы и там уголок укромный…

— На болота? – вскидывает Бая бровь. Научил её недавно Вран – постоянно она теперь так делает. – Ладно… Ладно, можно и на болота.

Вот так просто?

— Правда?.. – озадаченно Вран спрашивает.

— Правда, – невозмутимо Бая кивает. – Если расскажешь мне, кто в лесу к тебе постоянно приходит, для чужих глаз не видимый – хоть в кругу для собраний я тебя до истомы доведу.

— До истомы – это хорош…

— Вран.

Прищуривается Бая, руки его своими перехватывая, – умеет она так прищуриваться, всё одним прищуром этим говорить и спрашивать одновременно. И никакие слова не нужны.

— Ну же, – негромко она говорит. – Ты что же думаешь – слепая я? Или память меня подводит, или не в своём уме я? Что у вас с Хозяином? Болибошка от тебя убегает, русалки при одном виде твоём в воду прячутся, упыри от тебя, как от кола осинового, отшатываются, и шагу ты волком толком ступить не можешь – и вообще один в лес не ходишь. А однажды и не один зашёл – и всё равно на Хозяина нарвался, да не шёпотом он лесным к тебе явился – в моём обличье вышел, такого я и не слышала никогда. Расскажи мне. Никому больше можешь не говорить – только мне. Не осужу я тебя, не обижу – всегда ты мне то можешь рассказать, что другим сказать боишься.