Книга Ловя отражение Луны, страница 167 – Гвендолин Доу

— Скоро соревнования закончатся, и жизнь вновь пойдет как прежде, – сказал юноша, набив рот едой.

— Вот уж не знаю, мне сказали – только по секрету – заготавливать тесто для лепки тысячи пельменей ^[204]. – Младший Су вздохнул и продолжил развешивать на сушку использованное за день тряпье с кухни. – Хэйшан снова гонял животных в рощах, возможно, скоро принесет добычу.

Как хорошо, что правилами не запрещено охотиться на Трехглавой и никакое особенное животное здесь не обитает – лишь в долине Старейшин! Правда, юноши все-таки предусмотрительно не пускали волка гулять на территории школ, потому он и довольствовался рощами в предгорье.

Мо Ян ничего не ответил, жадно поглощая бульон и лапшу. Стоит просто смириться с положением дел – ему достаточно горячей еды и мохнатого бока Хэйшана рядом.

Из здания раздался еле слышный шум от стука ученической таблички о стол – волк предусмотрительно навострил уши и посмотрел в ту сторону. Шерсть так и осталась мягкой и приглаженной рукой Мо Яна, значит, запах был Хэйшану знаком.

— О, кажется, кто-то пришел в обеденный зал. Не все адепты решили праздно провести вечер, – удивился молодой повар. Су Цзиян посмотрел на свои мокрые руки и покачал головой. – Братец Мо, помоги, пожалуйста, принеси ему ужин.

Мо Ян скривился, но торопливо проглотил оставшиеся кусочки вареной свинины и отложил палочки. Когда вожак маленькой стаи Хэйшана поднялся из-за стола, тот сразу обрадовался: решил, что они идут охотиться вместе. Но его лишь потрепали по ушам и ушли на кухню.

Юный Мо уже не первый раз помогал братцу Су по хозяйству, потому грандиозного обустройства кухни не боялся. Спустя годы усердной работы сына старший Су решил отойти от дел на Трехглавой горе и открыть лапшичную в городе, оставив должность младшему.

Мо Ян наполнил миску ароматным горячим супом, мелко нарезал лук и посыпал им аккуратными ломтиками сложенную свинину. Какая красота получилась! Повезло тому, кто будет есть блюдо от повара Мо. И попробуйте сказать, что он бездельничал!

Юноша с довольным видом вынес блюдо в обеденный зал. Как только он увидел, кому готовил неслыханной изысканности пищу, улыбка спала с лица, словно маска актера юаньской пьесы. Мо Яну даже послышался шелест от ее падения на пол.

— Молодой господин Цзюнь не отдыхает? – тонким голоском, словно хорошенькая служанка, осведомился юный Мо. – Что вы так строги к себе, ведь вас назвали вторым лучшим стрелком Трехглавой горы!

Слово «второй» Мо Ян выделил специально, чтобы и без того искаженное в гримасе отвращения личико Цзюнь Лу скривилось еще больше.

— Ты теперь стал разносить еду, неудачник? – сквозь зубы процедил юноша, отказываясь брать протянутое ему блюдо.

— Просто помогаю другу. Друзья, братец Цзюнь, знаешь про существование таких? Не беспокойся, еда приготовлена Су Цзияном.

Судя по всему, адепт Мулань действительно проголодался, потому он яростно выхватил ужин из рук Мо Яна и отправился за самый отдаленный стол. В зале никого не было, кроме них двоих, и тускло горел свет. Смеркалось. Юный Мо не удержался и последовал за Цзюнь Лу. Тот уселся и стал активно есть, не забывая при этом о манерах. Юноша был бледнее обычного, а скованные жесты выдавали напряжение.

— Что ты смотришь? – хмуро спросил он, отвлекаясь от еды.