Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 46 – Диана Фурсова

Эти детали не доказывали право собственности сами по себе. Их можно было объявить поздними подделками или случайными повреждениями. Нужны были даты, подписи и документы, находившиеся не в мастерской, а в архивах Совета или гильдии.

В дверь постучали незадолго до рассвета.

Рейса схватила тяжёлые ножницы, прежде чем Ярина успела встать. За дверью оказался Тарвель. Он приехал один, в простом тёмном камзоле без серебряных знаков, и держал под мышкой связку книг.

— Стража уже приходила? — спросила Ярина.

— Я узнал об аресте в Совете. Мерравия подала обвинение сразу после закрытия дневной книги, чтобы защита не успела получить доступ к архиву.

— Очень предусмотрительно.

— Верховный судья согласился на открытое заседание. Оно начнётся через два часа.

Рейса опустила ножницы.

— А Ивеллу отпустят до суда?

— Нет. Но её перевели из общей камеры в комнату при судебной палате. Я видел её час назад. Она потребовала передать, что кормят там хуже, чем шьют в гильдии.

Рейса неожиданно всхлипнула, закрыла рот ладонью и сердито отвернулась.

— Значит, с ней всё хорошо, — сказала Ярина. — Иначе она нашла бы сравнение точнее.

Тарвель положил книги на свободный край стола.

— Это реестры дома Аркейнов за последние двадцать восемь лет. Здесь записаны заказы у мастерской Вейров: церемониальные плащи, дорожные камзолы, защитные подкладки и ремонт родовых знаков. На нескольких страницах стоят подписи отца Лиорены.

— Гильдия может заявить, что дом Вейров выполнял её узоры по разрешению.

— Поэтому я принёс договоры. В них указано, что карты предоставлял мастер Вейр, а гильдия только проверяла безопасность готовых изделий.

Ярина раскрыла первую книгу. На пожелтевшей странице стояла знакомая сетка из пересекающихся линий. Рядом находились печать Аркейнов и размашистая подпись мастера Вейра.

— Почему эти документы сохранились у тебя?

— Мой управляющий ничего не выбрасывает, если на бумаге есть печать рода. Иногда это раздражает. Сегодня оказалось полезно.

Он не добавил, что мог бы прислать книги со слугой. Ярина тоже не спросила, зачем он приехал лично. Впереди был суд, и ей требовался свидетель, а не объяснение его намерений.

— Ты обещал рассказать правду о разводе, — напомнила она.

— Расскажу.

— Не после того, как решишь, какие части можно смягчить.

— Сейчас.

Тарвель остался стоять, словно считал, что не имеет права устраиваться за столом мастерской. Он говорил без торопливости, но и без прежней осторожности, за которой удобно было прятать неудобные подробности.

За четыре дня до развода Мерравия сообщила ему, что одна из нитей супружеского плаща начала темнеть. Плащ хранился в церемониальной комнате дома Аркейнов, куда имели доступ управляющий, хранитель родовых вещей и мастера гильдии, вызванные для ежегодной проверки. Тарвель увидел ткань только после того, как её перенесли в зал Совета. До этого он получил три заключения, подписанные старшими мастерами, и копию записи, будто клятвенная нить изменилась после того, как Лиорена несколько раз тайно покидала дом.

— Она покидала? — спросила Ярина.

— Дважды. Оба раза вечером. В первый раз сказала, что едет к старой знакомой, во второй не объяснила ничего.

— Ты проверил, куда именно?

— Нет.

— Почему?

— Потому что к тому времени Мерравия уже показала мне нить.