Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 13 – Диана Фурсова

Служитель бросил взгляд на текст.

— Я только доставляю уведомления.

— Передайте составителю: я потребую сверку каждого начисления и каждого предмета, вывезенного из мастерской.

Он пожал плечами и ушёл. На другой стороне улицы торговка с корзиной уже успела прочесть объявление. К полудню о продаже узнает весь квартал.

— Сорвать? — предложила Рейса.

— Нет. За это наверняка назначен отдельный штраф.

— И немалый, — подтвердила Ивелла.

— Тогда повесим рядом перечень пропавшего имущества и просьбу к свидетелям сообщить, кто видел вывоз.

Вернуться внутрь они не успели. К мастерской подошли двое представителей поставщиков и потребовали немедленной оплаты. Один счёт совпадал с книгой Ивеллы. Во втором значились товары, якобы доставленные после закрытия дома, а вместо подписи получателя стояла неразборчивая черта.

— Кто принял заказ? — спросила Ярина.

— На накладной знак Вейров.

— Здесь круг и две линии. Предоставьте имя возницы и запись о доставке.

— Госпожа Дорн заверила обязательство.

— Тогда до проверки предъявляйте его госпоже Дорн.

Второй поставщик ушёл, пообещав жалобу. С первым удалось договориться об отсрочке на семь дней после частичной выплаты. Ярина отдала два серебряных, и в кошеле осталось девять.

— Я думала, вы прикажете выставить их за дверь, — призналась Рейса.

— Тогда они вернулись бы с людьми, которые умеют выставлять за дверь владельцев мастерских.

— Прежняя госпожа Вейр так бы и сделала, — заметила Ивелла.

— Прежней госпоже Вейр не приходилось жить над этой мастерской.

Ивелла прищурилась.

— Вы говорите о себе так, будто речь идёт о другой женщине.

— Со вчерашнего дня мне тоже так кажется, — спокойно ответила Ярина. — Но долг от этого не уменьшился.

После короткого молчания Ивелла развернула принесённый холст и предложила временно закрыть им повреждённый участок крыши. Рейса достала хлеб, сыр и две груши. За поздним завтраком Ярина составила соглашение: она письменно признавала задолженность по жалованью, обещала оплачивать текущую работу раньше старого долга и добавляла долю от первого заказа. Ивелла внесла право уйти в любой день, Рейса потребовала отдельно учитывать питание при долгой работе.

Они подписали бумагу втроём.

Это ещё не было доверием. Только честным договором на один день, но мастерская впервые перестала казаться пустой.

До полудня они закончили опись. Под нижней полкой нашлись две коробки пуговиц, в повреждённом сундуке — рулон подкладки, а за разобранным столом — связка узких деревянных реек с зарубками.

— Мерки постоянных заказчиц, — объяснила Ивелла. — Плечи, грудь и длина юбки. Остальное мастер отмечал на ткани при примерке.

— Всего три мерки?

— Для хорошего мастера достаточно, чтобы начать.

Ивелла говорила без хвастовства. Её способ требовал большого опыта: детали намечали прямо на дорогом материале, оставляя широкие припуски для будущих исправлений. Ошибка означала потерянную ткань, а знания почти невозможно было передать ученице.

Ярина попросила показать раскрой простого рабочего платья для Рейсы. Ивелла сняла привычные три мерки и разложила небелёное полотно. По её расчёту после раскроя оставалась полоса в две ладони, пригодная только для карманов и завязок.

Закончив наблюдать, Ярина перенесла размеры на бумагу. Угольник пришлось составить из двух ровных планок, а вместо длинной линейки использовать мерную рейку. Она сняла с Рейсы дополнительные мерки, построила основу и разложила детали так, чтобы рукава легли между боковыми линиями, а карманы заняли свободные промежутки.