Книга Я подарю тебе новую жизнь, страница 34 – Юлия Резник

Это раньше она могла позволить себе не думать о том, что будет дальше. Потому что «дальше» как будто и не было. Была только следующая встреча. Или ее отсутствие. А теперь… Теперь «дальше» будет всегда. И это безумно ее пугало. Потому что там, в этом «дальше», у Олега могли возникнуть вопросы, на которые у нее не было понятных ему ответов. И решения, в которых вряд ли кто станет делать скидку на ее чувства.

И все же… Несмотря на этот страх, несмотря на боль, несмотря на стыд за то, как все получилось, Леся вдруг поймала себя на странной, почти детской мысли — а вдруг это их шанс? От этой мысли в груди сделалось больно. Да так, что ей захотелось сгорбиться, свернуться в комочек и закрыть лицо руками, отгородившись от всего мира.

Глупости. Он же так и не понял, что она хотела как лучше! Отец в недавнем разговоре объяснил Лесе, как это могло выглядеть с его стороны… Но ведь это абсурд! Она не хотела наказать Стаховича или что-то утаить от него, преследуя какие-то выгоды. Олеся поступила так исключительно потому, что так было правильнее и честнее. Она не хотела становиться для него обузой. В конце концов, Стахович с самого начала четко дал ей понять, чего ждет от их отношений.

Но после очередного разговора с отцом она уже не была так уверена, что поступила верно. Что, если он никогда ее не простит? Когда сын найдется, когда страх за него немного отпустит, когда он поймет, какой же классный у них вырос парень… И возненавидит ее за то, что только сейчас о нем узнал! А мог ведь и не узнать, да… Если бы не случившаяся с ним беда.

У Леси защипало в носу. Она зажмурилась, не давая слезам пролиться. Только не сейчас. Только не при нем. Она и так наверняка утомила его своими проблемами!

Машина мягко сбросила скорость, и Леся, вздрогнув, открыла глаза. Она даже не заметила, как дорога сменилась городом — серым, еще сонным, с редкими прохожими и почти пустыми дорогами. Впереди показалось здание вокзала, но водитель неожиданно свернул в сторону, куда-то за него, к служебным путям.

Леся чуть подалась вперед, непонимающе всматриваясь в мелькающие за окном картинки. Машина проехала мимо шлагбаума и остановилась прямо у вагона. Настоящего. Поезда. Так близко, что до него можно было рукой дотронуться.

— Дальше мы… на нем поедем, да? — тихо спросила она, лишь бы нарушить затянувшееся молчание.

— Да, — коротко бросил Стахович, выходя в услужливо открытую дверь.

Олеся выбралась следом и замерла, оглядываясь. Вокзалы у нее ассоциировались с суетой и обилием народа. Здесь же не было ни души. Будто всех… просто разогнали к их приезду. Только несколько человек переминались в сторонке с ноги на ногу — и все они, как показалось Лесе, были заняты исключительно ими.

Странное чувство поселилось внутри. Олеся вдруг впервые… впервые за все эти двадцать лет осознала, что для него — можно вот так. Подъехать к поезду. Остановить его. Разогнать зевак, чтобы никто не мешал, не задавал лишних вопросов и банально не дышал им в спины.

Для него — можно. Леся невольно сжалась. Точно так же впервые задумавшись о том, какую еще власть дает Стаховичу его должность. На контрасте с ощущением его силы, возможностей и веса в этом мире она вдруг почувствовала себя совсем маленькой и незаметной. А еще, вероятно, абсолютно случайной в его жизни. И… ненужной?