Книга Я подарю тебе новую жизнь, страница 26 – Юлия Резник

Внутри пахло горячим деревом, паром и чем-то терпким — веником, травами, дымом. Игорь подкинул дров, плеснул воды на камни. Пахнул густой, плотный, обволакивающий жар.

Стахович сел, прислонившись спиной к горячей стене. Закрыл глаза. Пропотел, чувствуя, как вместе с потом выходит и напряжение. Сначала мышцы отпустило. А потом и голову. Мысли перестали скакать, увязнув в плавящем кости жаре. В груди распирало. Кожа горела, но это была приятная боль.

Игорь протянул ему кружку.

— Домашний квас.

Олег взял. Отпил. Холод резко прошелся по горлу, делая температуру в парной терпимой.

— Хорошо.

— Хорошо? — хозяин улыбнулся, довольный ответом Стаховича.

— А то. Давно я так не отдыхал, Игорь. Суета, дела какие-то… Нет ни секунды, чтобы остановиться. Все кажется, что кто-то, более ушлый, обскачет, и жизнь пройдет даром, — разоткровенничался Олег.

— Жизнь и так пройдет. А даром или нет… Ты сам оцениваешь. — Игорь поддал пару, сел напротив, вытянув ноги. — Кому-то надо, чтобы о нем при жизни писали в газетах, а после смерти поставили памятник. А кому-то достаточно возвращаться домой, где тебя ждут и любят. Правы по-своему оба. Хотя я, наверное, с твоей точки зрения, ничего выдающегося не сделал. А вот мне так не кажется. Я-то счастлив и знаю, ради чего встаю утром.

Повисла пауза. Стахович задрал голову к потолку. Вот вроде Игорь и не занимался морализаторством, а у него внутри что-то неприятно зашевелилось. Он-то как раз добился о-го-го сколько. А все равно ни на секунду не престал карабкаться вверх, даже когда перестал понимать, для чего ему это.

Заставляя встряхнуться, на камнях зашумела вода. Пар ударил в лицо, сбил дыхание. Стахович наклонился вперед, опираясь локтями в колени. Провел ладонью по лицу. И вдруг, сам того не ожидая, спросил:

— А ты дочь, никак, сам воспитываешь? Жена…

— Сбежала с проезжим дальнобоем, — хмыкнул Игорь. — В поисках лучшей жизни.

— Неочевидный вариант, — ухмыльнулся Стахович.

— Да похер. Я к тому моменту уже ничего хорошего от Лизы не ждал. А вот за Леську, да, обидно было. Она же маленькая была, — продолжил Игорь. — Спрашивала. Где мама, почему не приходит.

— Олег… — раздался рядом тихий Леськин голос, выдергивая Стаховича из водоворота затянувших его воспоминаний. Олег встрепенулся, поймав себя на том, что провалился-таки в вязкое забытье. Уснул.

— М-м-м? — нашарил лежащие на тумбочке часы. Глянул время.

— Нет новостей? — спросила Леся, закусив пухлую губку.

— А где я бросил свой телефон? Не помнишь? — зевнул широко-широко, так что щелкнули челюсти.

Леся вскочила с кровати и подлетела к креслу. Схватила его телефон и вернулась. Стахович протянул руку, попутно окинув свою женщину пристальным взглядом. Ну, какая же она красивая. Даже такая вот… Затраханая, расшатанная. На грани истерики. Одной рукой притянул Лесю к себе, уперся лбом в ее мягкий животик, свободной нажал пару кнопок. В нос ударил острый аромат их секса. Она не помылась и… Ну, пипец. Хоть по второму кругу ее раскладывай. Крылья носа дрогнули, как у зверя в гон. Перед глазами поплыло, буквы на экране пустились в пляс.

Стахович шумно вдохнул и боднул ее лысеющей головой… Это, конечно, если верить Леске — лысеющей. Сам он ничего такого не замечал. И считал себя еще о-го-го. Особенно когда рядом с ней находился. Хмыкнув, стиснул в ладони Леськину ягодицу, отвлекаясь на зазвонивший как раз телефон.