Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 158 – Александр Галиновский

Разум может подвести, поскольку картина мира – всего лишь головоломка, собранная из кусочков восприятия.

Руки могут подвести; в решающий момент они начинают дрожать, и пальцы теряют хватку.

Ноги слабеют.

Желудок сдает.

Глаза наполняются слезами.

Такова природа человеческого тела; оно несовершенно, хотя и является совершенным творением само по себе. О хрупкости человеческой жизни слагают стихи и пишут некрологи. И почти все они – правда.

В Дымном квартале редко выпадают осадки. Чаще всего это кислотные дожди и град неестественно серого цвета, который местные жители называют «мышиным пометом». На самом деле это спрессованные хлопья пепла. Если растереть такую градину между пальцами, может оказаться, что ты растираешь чьи-то останки, ведь городской крематорий, расположенный в пределах Города Вервий, дымит днем и ночью.

В дни, когда идет дождь или сыплет пепел, жители квартала предпочитают прятаться по домам. Как это обычно бывает, рациональный страх – оказаться под струями дождя, от которого жжет кожу и выпадают волосы,– порождает страх ирреальный. Такие места, как Дымный квартал,– благодатная почва для процветания старых, а порой и появления новых страхов. Иногда эти страхи имеют имя. А временами – еще и совершенно конкретное, узнаваемое лицо.

Как ни странно, откуда-то из глубин сознания Телобана Ош вытянул образ того, кого звали Онукой. Тот звук, что, будучи еще ребенком Телобан услыхал сквозь шум дождя, принадлежал именно ему. Онуке. Это был скрежет, словно кто-то тащил лист металла по каменной мостовой. И это был цокот, словно кто-то перемещался на металлических ногах-циркулях, переставляя их одну за другой, будто механический солдат. Цок-цок-цок.

В мире, где Телобан оказался сейчас, туман неожиданно распахнулся, и из него показалось… нечто. Тело существа было тонким, но совсем не изящным. Его верхнюю часть покрывали какие-то тряпки, намотанные в несколько слоев, завязанные узлами, с прорехами и торчащими лоскутами, и все до единой одинакового неопределенного цвета.

Онука.

Чудовище из кошмаров.

Городская легенда гласит, будто Онука – механическая кукла, порождение окружающих фабрик, собранное из мусора и старой промасленной ветоши. Волосами ему служит жесткая проволока, глазами – пара стекляшек, а вместо рук и ног – длинные лезвия, которыми он расправляется с жертвами. Чаще всего Онука появляется во время дождя или в темное время суток, и о его приближении оповещает звук ног-ножей, вонзающихся в камень мостовой: цок-цок-цок.

Телобан все еще держал поблизости мысль, что все происходящее нереально. Захватчик шарил в его разуме, словно в мутной воде водоема, пытаясь нащупать новые кошмары. Сначала это были пустыня и хитиновая многоножка, теперь – давно забытый страх из детства…

Онука приближался, щелкая ногами, будто ножницами. Двигался он рывками, переставляя нижние конечности, как ножки циркуля. Словно некий невидимый инженер-гигант размечал огромное полотно бумаги.

Цок-цок-цок.

Все это нереально, но от исхода их схватки зависело то, кто останется в теле Телобана, а кто… Впрочем, иногда лучше не думать, а действовать. Этому тоже учили в Замке.

Онука-Ош атаковал первым.

Несмотря на неуклюжий вид, чудовище было на удивление проворным. Телобан едва не совершил ошибки, допустив его слишком близко. Он рассчитывал покончить с Онукой быстро – проскользнуть между длинными металлическими ногами, пока те делают очередной шаг-разворот, зайти сзади и уничтожить чудовище несколькими взмахами-разрезами.