Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 157 – Александр Галиновский

Внезапно боль, ощущение хлещущих по коже песчинок, жар от горячего ветра, звуки лопастей,– все это перестало существовать. Не одномоментно. Звуки просто отошли на задний план, а затем исчезли вовсе. Им на смену пришли другие. И эти звуки были хорошо знакомы. Телобан мгновенно распознал треньканье натянутой бечевы.

Еще до того, как открыть глаза, он почувствовал, что стоит на твердой земле, а воздух вокруг… Что ж, это был воздух Дымного квартала. Плотный, тяжелый, с привкусом угольной крошки.

Он оказался дома. И он вновь был самим собой. Но самое главное – он вновь стал хозяином положения.

Город Вервий.

Он вновь оказался в Дымном квартале.

Он был ДОМА.

Не просто дома: он знал каждый поворот соседних улочек. Знал, будут они подниматься или опускаться, какие на них стоят дома, какие лавки располагаются поблизости и как быстрее добраться из одной точки в другую. Он не просто многократно изучил каждый поворот, каждую впадину мостовой и каждый тупик, где пахло мочой и попадались трупы бродячих животных; он знал каждую нить, натянутую от одного порога к другому. Кому-то показалось бы жутко неудобным ходить между натянутых веревок, но внутри Дымного квартала можно было перемещаться только так.

Даже годы, проведенные в Замке, не могли помешать старым привычкам: как держать бечеву, чтобы не стиралась кожа на пальцах, как дышать неполной грудью, чтобы не наглотаться угольной пыли, или использовать метки на стенах домов, чтобы добраться из одной части квартала в другую. Это был особый, уникальный мир.

Туман вокруг оказался не слишком густым, но все же достаточно плотным, чтобы нельзя было рассмотреть что-либо на расстоянии вытянутой руки. Переход был слишком резким, и Телобан на мгновение оторопел от тишины, внезапно обрушившейся после завываний ветра и палящего солнца.

В горчичной дымке, окутывающей квартал, угадывались очертания домов, бечевы, натянутой неподалеку, одиноко стоящего фонарного столба.

Поразительно, сколько всего осталось в памяти!

Он помнил все: запахи, звуки. Особенно звуки. Без них невозможно было выжить в Дымном квартале. Будучи ребенком, он привык воспринимать и, главное, распознавать десятки различных звуков: от самых незначительных уличных шорохов до заводских гудков, разрывающих утреннюю тишину свирепым воем. Заводов, а также мелких и совсем крохотных мастерских в пределах Дымного квартала было столько, что половину рабочего времени они издавали гудки, звонки и трели – каждый свою. Эти звуки сопровождали выход на работу, перерыв на обед, затем – окончание смены и множество других событий. Все они происходили строго в отмеренный срок, так что обитателям Дымного квартала не нужно было иметь при себе часы. Время здесь измерялось иначе: утро – выход на работу, поздний вечер – отход ко сну. Ночью, разумеется, в Городе Вервий наступала тишина.

От старых привычек нелегко отказаться. Находясь в пределах Дымного квартала, Телобан привык прислушиваться, даже если ему ничего не угрожало. Конечно, нельзя сказать, чтобы это умение сильно помогло ему в прошлом, ведь все закончилось мешком на голове и заточением в Замке, однако и из этого он умудрился извлечь урок.

Про здешних жителей говорили, что они видят ушами. И это была правда, хотя и не полностью. Для того чтобы «видеть» таким образом, требовался не только острый слух, но и умение отличать один звук от другого. А это Телобан освоил в совершенстве еще в детстве, когда пытался подсчитать, сколько раз скрипнет на ветру вывеска соседней лавки или сколько капель воды упадет с вечно подтекающего потолка. Однажды мальчик сосчитал стук капель дождя о жестяную крышу. В его ритме был некий порядок, и это помогало чувствовать, что мир вокруг такой же упорядоченный. Только сейчас Телобан понял, что всю жизнь искал смысл в беспорядке и хаосе.