Книга Однажды я стала принцессой. Книга 3, страница 193 – Плутос

Но он слышал: стоило ему уйти с озера, как девочка зарыдала. Неудивительно, что пятилетний ребенок был в ужасе, ведь мог погибнуть, если бы Клод не вытащил его из воды. Более того, даже когда она упала и звала на помощь, Клод не сдвинулся с места и просто наблюдал.

Он подумал, что она могла так сильно разболеться после того происшествия как раз из-за психологического фактора. Однако ни разу не навестил ее.

В каком-то смысле было бы гораздо лучше, если бы он мог списать все на банальную занятость. Но и сам Клод после происшествия на озере едва ли был в себе.

Иногда он терял над собой контроль. Эмоции вспыхивали в нем бурей, за которой неизменно следовало чувство потери. Как умалишенный, Клод крушил все во дворце, а затем корчился от невыносимой боли. Его голова словно раскалывалась надвое, и он едва не терял сознание.

Лишь сейчас ему удалось относительно нормально поспать.

Поэтому больной и с синяками под глазами выглядела не только девочка.

Но, разумеется, каким бы ни было ее состояние, он все равно не собирался навещать ее.

— Хе-хе, папа тоже хорошо выглядит!

Но она ярко улыбнулась ему, словно ничего не произошло. Будто она забыла о том, что случилось на озере. Но верилось в это с трудом.

Клод не ожидал, что она будет ему улыбаться, и на мгновение лишился дар речи. Он наблюдал, как девочка ест. Черты ее лица чем-то напоминали женщину из его воспоминаний. Вполне ожидаемо, ведь она была ее дочерью.

Пока Клод смотрел на нее, в нем вскипали противоречивые чувства. Нестерпимая любовь и жгучая ненависть к существу перед ним. Клод даже не притронулся к ужину и просто смотрел, как ест ребенок.

* * *

Это было жестоко, но Клод часто думал об этом, когда видел девочку.

«Может, просто убить ее сегодня? Не лучше ли просто избавиться от этого ребенка прямо сейчас?»

Бывали дни, когда его переполняло неудержимое желание убить девочку. И хоть он никогда не показывал этого, в ее присутствии у него так сильно болела голова, что он едва ли не сходил с ума. Казалось, что кто-то протыкает его голову ножом.

Именно в такие моменты внутренний зловещий голос не упускал возможности прошептать: «Было бы гораздо проще, если бы ты от нее избавился. Это ведь так просто. Собери немного маны на кончиках пальцев и протяни руку».

Временами этот голос звучал настолько сладко, что Клоду действительно хотелось поддаться уговорам. Но из раза в раз он брал себя в руки, с трудом подавлял горевшую в нем жажду крови и отсылал ребенка прочь.

Он знал, что это последствия использования черной магии.

После смерти Дианы и убийства всех в Рубиновом дворце он собирался оставить девочку напоследок. Но в итоге не смог забрать ее жизнь и ушел.

После этого он похоронил свои воспоминания глубоко внутри. Поэтому последние несколько лет ему удавалось сохранять спокойствие, хоть его и одолевало ужасное чувство пустоты.

— Папа, я соскучилась!

Одним ясным утром.

Клод смотрел, как девочка бежала к нему по зеленой траве. Она могла с такой радостью его приветствовать именно потому, что даже не подозревала о том, какие ужасные мысли его регулярно посещали. Подтверждением тому была ее беззаботная улыбка.

Тут она резко замерла, словно что-то вспомнила.

— Спасибо, что пригласили Ати на чай.

Дело рук мадам Элоизы? Судя по всему, именно она, новая учительница этикета, научила ее новому приветствию.