Книга Жвачка 2, страница 143 – Э. Мадес

Рациональная часть меня капитулировала. Полностью сложила полномочия, вверив бразды правления маленькой дурочке с языком без костей.

— Час назад я узнала, что мой бывший жених изменил мне со своей бывшей, которая до этого спала с моим бывшим.

А этот мужчина... — киваю на Аристова, которому мы сгрузили на хранение наши вещи.

Моя исповедь перед Луизой из Сент-Луиса, которую, судя по бейджу на рюкзаке, зовут Ашари, льётся легко, на одном дыхании. Словно перед святым отцом.

— Он только что похитил меня из театра, от элитного пафоса, от которого сводит зубы. Мы собираемся устроить долгую пешую прогулку, поэтому удобная обувь мне жизненно необходима. К тому же... — бросаю взгляд на алый шёлк, купленный несостоявшимся мужем, — белые кеды идеально подходят к платью, тебе не кажется?

Мы с Ашари одновременно переводим глаза на Матвея.

Под нашим двойным прицелом Аристов лишь снисходительно закатывает глаза. Его ухмылка красноречивее любых слов.

Здесь и сейчас рядом с ним его Хуба-Буба.

Слегка оглушённая моим лавинным потоком откровений, Ашари скидывает кеды быстрее, чем я успеваю моргнуть.

Пара минут — и готово.

Я затягиваю шнурки, чувствуя невероятное облегчение. Будто вместе с одиннадцатисантиметровыми каблуками я сбросила с себя все обязательства, чужие ожидания и правильную, удушающую жизнь.

Плевать на цену туфель.

Плевать на абсурдность моего внешнего вида.

Я смотрю на свои ноги в кедах, потом пересчитываю глазами пуговицы на жилете Матвея.

Уголок его губ изгибается в хищной полуулыбке.

Забирая со стойки пакет с заказом, он хмыкает, оценивая мой новый сумасбродный аутфит.

В нашей прошлой жизни я регулярно выкидывала нечто подобное — сбегала из его квартиры в растянутых спортивках и на убойных шпильках, с разведёнными мной драмами на ровном месте и громкими хлопками дверью.

Нужно было видеть лица консьержей и жильцов премиального ЖК, где каждая ссора сопровождалась фейерверками и дифирамбами.

Кажется, Аристов сейчас крутит в голове ту же плёнку.

— Значит, это я похитил тебя у бывшего, от бывшей с бывшим? — низким бархатным шёпотом переспрашивает Мо, придерживая тяжёлую дверь.

Проскальзываю вперёд, цепляя кожей горячее мятное дыхание.

— А мне казалось, всё было с точностью до наоборот, Бу...

Арендованный Нельсоном «Додж» Матвей бросил в глухом переулке между заброшенными складами.

Из освещения здесь — только блёклый диск луны и едва живое, подмигивающее сияние неоновой вывески где-то за углом.

Но так даже лучше.

Не хочу, чтобы Аристов видел, насколько я в нём увязла.

Опять.

Вдалеке, за портовыми доками, открывается оглушительный вид на залив.

Огни Манхэттена на том берегу кажутся неоновыми декорациями к чужому, нереально кинематографичному фильму.

В ночной тиши есть только мы, резкий запах морской соли, мокрого асфальта и нашего общего безумия.

Расположившись поудобнее, устраиваем импровизированный ужин прямо на широком матовом капоте машины.

Я безжалостно впиваюсь зубами в жирный, исходящий паром и соком бургер.

Боже, как это вкусно.

Он кажется мне идеальнее любого деликатеса, который мне когда-либо подавали на изысканном фарфоре светских раутов.

Избавившись от лишних элементов одежды, Матвей ослабляет ворот рубашки на пару пуговиц и, закатив рукава по локоть, устраивается рядом.