Книга Его зовут Тед, страница 49 – Андрей Залевский

Светло-коричневый «Фольксваген Жук» был опечатан и отправлен на полицейскую штрафстоянку для дальнейшего, более тщательного обыска. Тед Банди отправился в камеру предварительного заключения окружной тюрьмы.

Ночь, которая должна была закончиться для маньяка очередной успешной охотой, завершилась его первым в жизни арестом. Но истинный масштаб того, что произошло на заброшенной заправке в Грейнджере, стал понятен лишь на следующее утро, когда рапорты патрульных легли на столы детективов убойного отдела.

Пазл складывается

Утро 16 августа 1975 года в офисе шерифа округа Солт-Лейк началось с рутинной проверки сводок за прошедшую ночь. Детектив Джерри Томпсон, который несколько месяцев назад допрашивал чудом спасшуюся Кэрол ДаРонч и пытался найти человека с полицейским значком по имени «офицер Розеланд», налил себе кофе и взял в руки свежий отчет сержанта Хейворда.

Текст рапорта читался как сценарий невероятного фильма. Остановка подозреваемого. Попытка скрыться. Светло-коричневый «Фольксваген Жук». Демонтированное пассажирское сиденье. Наручники, ледоруб, маска из колготок.

Сердце детектива Томпсона забилось быстрее. Он перевел взгляд на графу «Данные задержанного».

Имя: Теодор Роберт Банди. Возраст: 28 лет. Род занятий: Студент юридического факультета Университета Юты. Предыдущее место жительства: Сиэтл, штат Вашингтон.

Джерри Томпсон медленно опустил чашку с кофе на стол. В его кабинете висела большая пробковая доска, на которой были приколоты материалы из трех штатов. Там висели телетайпы из Колорадо об исчезновении девушек. Там висел рапорт Кэрол ДаРонч о попытке похищения на парковке торгового центра. И, самое главное, там висела толстая папка, присланная детективами из Сиэтла.

В этой папке находились данные о серии бесследных исчезновений студенток. Там же лежал фоторобот, составленный со слов свидетелей на озере Саммамиш, — рисунок привлекательного молодого человека с аккуратной прической и волевым подбородком. И крупными буквами было выведено имя, которое называл сам убийца: «ТЕД». А рядом марка машины: «Бронзовый Фольксваген Жук».

Томпсон открыл папку и достал свежую полароидную фотографию (магшот), сделанную всего несколько часов назад при оформлении ареста Банди. Он подошел к пробковой доске и приложил реальную фотографию к нарисованному фотороботу из Сиэтла.

Сходство было не просто поразительным — оно было абсолютным, стопроцентным, парализующим.

Тот же прямой нос. Те же тонкие губы. Тот же пробор в темных волосах. Тот же пронзительный, спокойный взгляд.

— Боже мой, — прошептал Томпсон, обращаясь в пустой кабинет. — Мы его взяли.

В одно мгновение хаос из тысяч карточек, ложных подозреваемых и бессмысленных зацепок обрел пугающую, математическую стройность. Разрозненные факты сошлись в одну точку.

Парень, которого остановили за нарушение правил дорожного движения, не был просто неуклюжим автоугонщиком, прячущим лом под сиденьем. Это был «Тед» из Сиэтла. Это был «офицер Розеланд» из Мюррея. Это был невидимый ночной кошмар, терроризировавший кампусы Вашингтона, каньоны Юты и горнолыжные курорты Колорадо. И он жил прямо здесь, в их городе, ходил на лекции, улыбался соседям и носил галстук.

Детектив Томпсон немедленно поднял трубку телефона и запросил экстренную связь с убойным отделом Сиэтла и полицией Колорадо. Новость облетела полицейские управления трех штатов со скоростью лесного пожара. Аппараты телетайпов начали безостановочно выплевывать запросы на ордера и передачу улик.