Книга Храмы веселья, страница 150 – Кейт Аткинсон

Куинн все так же нервничал, – возможно, потому, что, похоже, не был знаком ни с кем из собравшихся вокруг буфета мужчин в вечерних костюмах. В предыдущих «катранах», где бывал Рамзи, присутствовали и женщины, придавая происходящему приятное оживление, но здесь компания была исключительно мужской. Не то чтобы негостеприимной, наоборот, все были чрезвычайно учтивы и умело вовлекали Рамзи в ни к чему не обязывающую светскую беседу. В бокал ему постоянно подливал шампанского человек, который мог быть или не быть дворецким, так что к тому времени, когда наконец сели играть, Рамзи определенно захмелел.

Поверх полированной поверхности стола набросили сукно, и словно из ниоткуда появился профессионально выглядящий крупье и занял свое место. Рамзи впечатлился. «Интересные люди, довольно изысканная компания» – так Куинн заманил его, и Рамзи надеялся, что гламур игорного дома в Белгравии окажется как раз подходящим материалом для главы романа. Рамзи представлял себе, как Джонс, его детектив, проводит облаву в борьбе за добродетель именно в таком месте, по-валлийски неодобрительно глядя на показную роскошь. Рамзи почти наяву слышал, как на запястьях богатых бездельников со смачным звуком защелкиваются наручники.

Он занял место и огляделся в поисках Куинна, но тот куда-то подевался.

— Играем в chemin de fer^[97], господа, – объявил крупье.

Рамзи впервые играл в «железку», как называли это окружающие, но суть игры оказалось удивительно легко усвоить, и он выигрывал значительно больше, чем проигрывал. Однако вскоре расклад изменился, и Рамзи начал проигрывать больше, чем выигрывал, хотя к тому времени уже настолько опьянел, что не всегда мог заметить разницу. Его, конечно, подставили, заманили, внушив, что он такой же хороший игрок, как остальные, если не лучше. Потом он задумался, не подмешали ли ему в напитки наркотик. Опьянение от шампанского было ему знакомо, но сейчас с ним творилось что-то другое. Словно его лишили свободы воли, словно он был марионеткой и кто-то другой вселился к нему в голову, дергая за ниточки, заставляя продолжать игру.

Вечер перестал быть томным, и Рамзи понял, что оказался среди стаи гиен, которые прикрылись вечерними костюмами и охотятся исключительно на него. (Где же Куинн?) Вскоре гиены сбросили цивилизованные маски, и атмосфера в комнате все сильнее походила на дикие джунгли по мере того, как росли долги Рамзи, – он подписывал векселя и долговые обязательства направо и налево. Он проиграл даже гравированный золотой портсигар, подарок матери на день рождения.

И продолжал проигрывать, а кукловод в мозгу твердил: единственное, что остается делать, – безрассудно упорствовать, пока не придет нужная карта и он не отыграет все за один заход. Проклятие игрока.

В конце концов он задолжал огромную сумму – почти тысячу фунтов в общей сложности, выкуп за короля. Рамзи за всю жизнь неоткуда будет взять такие деньги. Цифр было так много, что они даже не казались всамделишными.

Он подумал, а нельзя ли просто встать из-за палисандрового стола и уйти – набросятся ли на него гиены? Но способен ли он даже ходить? Комната невыносимо вращалась, хотя он сидел. И даже если он уйдет, гиены выследят его, ведь правда?

Время двигалось вперед странными рывками, и вдруг комната опустела, гиены ушли. Почему они не потребовали с него долги перед тем, как разойтись? Причина открылась. Не гиена вовсе, а змея, гладкая жирная королевская кобра поднялась, раскручивая кольца, из кресла в темном углу комнаты. Змей. Неужели он там был с самого начала?