Книга Ночь в замке, страница 158 – Вероника Генри

Лизмей всегда любила Рождество в Провансе. Пылающий в камине огонь, туманы над полями, запах жарящегося гуся. И Париж, разумеется, ослепительный в эту пору: грозди переливающихся шаров в празднично украшенной Галерее Лафайет с кожаными перчатками пастельных тонов, бархатными беретами и огромными коробками конфет в витринах. Но ни одно место на земле не могло в ее глазах тягаться с предпраздничным Лондоном. Ничто не наполняло ее сердце большей радостью, чем плыть в толпе по-зимнему закутанных пешеходов по увешанной сверкающими белыми гирляндами Риджент-стрит, остановиться перед витриной универмага «Либерти», чтобы полюбоваться цветочной композицией, услышать обрывок «Don’t Stop the Cavalry», доносящийся из такси, пока подвыпившие гуляки забираются в салон.

Она забронировала столик в ресторане «45 Джермин-стрит». Пирс отправился к врачу на последнюю проверку, так что утро она провела в свое удовольствие: всласть нагулялась по Мэйферу, побродила вокруг Королевской академии искусств и даже купила кое-какие рождественские подарки в магазинах «Хэтчердс» и «Фортнум и Мейсон». У них в Провансе, разумеется, не было недостатка в ресторанах, но этот отличался особенной атмосферой, которая откликалась в ее сердце каким-то очень лондонским лоском. Все выглядели так, будто пришли сюда с особой целью, и в воздухе висело ощущение ожидания чего-то: заключения делового соглашения или перехода романтических отношений на новый уровень. Это было идеальное место для встречи со старым другом, потому что, даже если у вас иссякнут темы для разговора (а у них они не иссякли бы), всегда можно перемыть косточки другим посетителям.

Когда она пришла, Дуги был уже там. Ей вспомнилось, как Жанна впервые рассказала ей о молодом человеке, чью дипломную работу она печатала: о том, какой он добрый и ничуть не заносчивый, в отличие от большинства оксфордских мальчиков. Дуги послал ей в благодарность большую коробку конфет, хотя заплатил более чем щедро. За эти десятилетия он ничуть не изменился, их дорогой Дуги, и выражение лица у него в его семьдесят с лишним оставалось все таким же немыслимо мальчишеским. Увидев, что она приближается, он выскочил из-за столика и прижал ее к себе.

Они заказали по бокалу вина, ибо те дни, когда они могли безнаказанно распить за обедом целую бутылку, увы, давным-давно миновали, и поджаренные сэндвичи с сыром и трюфелем.

Дуги рассказал ей, что Конни попросилась на некоторое время переехать к нему.

— Я считаю, это отличная идея, – сказала Лизмей. – А ты что думаешь? Как тебе перспектива заполучить свою маленькую девочку обратно под крылышко?

— Кажется, в последнее время это стало модным явлением – жить несколькими поколениями под одной крышей. И я буду рад ее компании. Должен признаться, я давно уже думаю о том, что дом слишком велик для меня, но при одной мысли о переезде мне становится дурно. И дело не столько в том, что я не хочу уезжать из этого дома, сколько в том, что я не знаю, куда перебраться. Ничто не привлекает. – Он откусил кусочек от сэндвича. – Наверное, это потому, что, куда бы я ни переехал, там не будет Жанны. Надеюсь, это не звучит слишком безумно.

— Мне кажется, я понимаю.

— Она там расписала все стены. И в саду так много растений, которые она посадила… Повсюду столько связанных с ней вещей, которые я не смогу взять с собой! Я знаю, это звучит мелодраматично. И возможно, я даже буду счастлив на новом месте, если все-таки решусь на переезд. Но куда бы я ни поехал, мне нужно чувствовать, что она была счастлива там со мной.