Книга Ночь в замке, страница 131 – Вероника Генри

— Кто он? – спросил он наконец.

— О, – отозвалась она, – повар из кулинарной школы. И он был ни при чем. На его месте мог быть кто угодно.

— Кто угодно? – переспросил Пирс, не веря своим ушам.

— Да, кто угодно. Потому что мне невыносимо так жить. Невыносимо, что ты не… – Она попыталась подыскать нужные слова. – Что ты не прикасаешься ко мне.

Он некоторое время молчал, потом произнес:

— Ясно, – и опустил глаза, как нашкодивший мальчик, который понял, что отвертеться не удастся.

— Я чувствую себя нелюбимой, и, хотя знаю, что это не так, мне страшно. Я не хочу, чтобы что-то подобное повторилось. Не хочу смотреть на другого мужчину и думать о том, каков он в постели.

Пирс зажал уши ладонями, но Лизмей оторвала ту, что была ближе к ней, чтобы он выслушал ее.

— Единственный мужчина, с которым я хочу спать в одной постели, это ты. Но ты дал мне понять, что тебя это не интересует. А я не готова всю жизнь прожить в мертвом холодном браке. Я не готова смириться с тем, что люди будут смотреть на нас и думать, как прекрасна наша жизнь в шато и какая мы изумительная пара, в то время как все это лишь фасад. Мне надоело лежать без сна и задаваться вопросом, прикоснешься ли ты ко мне еще когда-нибудь или нет. И молиться, чтобы это оказалась та самая ночь, когда…

— Остановись.

Она повернулась к нему и увидела, что в глазах у него стоят слезы. Он дрожал. Может, она зашла слишком далеко? Может, она была чересчур жестока? Нет. Она всего-навсего сказала правду, чтобы спасти их от чего-то неизмеримо худшего.

— Мне страшно. – Когда он наконец заговорил, его голос был еле слышен. – Мне страшно, Лизмей. Мне страшно, что во мне что-то сломалось. Мне страшно, что, если я попытаюсь… – Он пожал плечами, не зная, как сформулировать то, что он пытался описать. – Что, если мы… то я просто… просто не смогу. – Он повесил голову. – Это все из-за меня. Я ни на что не гожусь. И если ты хочешь… найти кого-то другого, кто сможет дать тебе то, что тебе нужно, я не стану тебя винить. Только скажи мне об этом прямо сейчас.

Он был совершенно раздавлен. Сердце Лизмей рванулось ему навстречу. Все, чего ей хотелось, это утешить его.

— Пирс, – сказала она, – мне не нужен кто-то другой. Мне нужен ты. Но ты мне нужен весь, целиком. Мне нужно то, что было у нас всегда. В тебе ничего не сломалось. Я в этом уверена. – Она положила руку ему на щеку и повернула его лицо к себе. – Я просто хочу, чтобы мы снова стали прежними. Парой, какой были всегда. То, что произошло, не имеет никакого значения. Мы можем вернуться к нашему прошлому. Я люблю тебя так же сильно, как любила всегда. Пожалуйста, вернись ко мне.

Лизмей наклонилась, чтобы поцеловать его. Поначалу он не решался ответить, но она сперва легонько коснулась губами самого краешка его губ, потом двинулась дальше, все увереннее, пока их губы не встретились, и постепенно он начал понемногу расслабляться, и они уже целовались по-настоящему, обвившись руками и все крепче и крепче сжимая друг друга в объятиях. Этот поцелуй был таким же страстным, как в самый первый раз, как будто сейчас они лишь начинали узнавать друг друга. В конце концов они оторвались друг от друга, тяжело дыша, и Пирс со слегка ошарашенным видом откинулся на спинку сиденья.

— Боже, – выдохнул он. Губы его уже расплывались в улыбке. – Возможно, ты права. Возможно, во мне ничего не сломано. Мне было так плохо. Я так боялся, что ты захочешь чего-нибудь другого. Что ты уйдешь.