Книга Иллидан: Страж Пандоры, страница 115 – Stonegriffin

Но мысль о том, чтобы остаться на берегу и смотреть, как Грум тонет — эта мысль была невыносима. Физически, эмоционально, на каком-то уровне, который находился глубже логики и расчёта.

Он не мог иначе. И это было одновременно пугающим и… освобождающим? Они добрались до деревни ближе к вечеру.

Их встретили — сначала удивлённые взгляды, потом встревоженные возгласы. Иллидан выглядел, мягко говоря, не лучшим образом: мокрый, в крови от царапин Грума, шатающийся от усталости. Грум выглядел ещё хуже — его обычно блестящая чёрная шкура была тусклой от воды и грязи, он хромал на одну лапу и периодически кашлял.

Ка'нин прибежал первым.

— Что случилось?! — Он окинул их взглядом, явно пытаясь понять масштаб катастрофы. — Вы выглядите так, будто вас пожевал и выплюнул штормовой зверь!

— Река, — коротко ответил Иллидан. — Грум упал. Я его вытащил.

— Вытащил? Из реки? — Ка'нин посмотрел на бурный поток, который был виден отсюда. — Из той реки? У порогов?

— Да.

Ка'нин открыл рот, закрыл, снова открыл.

— Ты… ты безумец. Там же водовороты. Там же утонуть легче легкого!

— Я заметил, — сухо ответил Иллидан.

— И ты всё равно прыгнул?

— У меня не было времени на размышления.

Это была не совсем правда — время на размышления было. Просто размышления не имели значения.

Ка'нин смотрел на него с выражением, которое Иллидан не мог полностью прочитать. Удивление, да. Уважение, возможно. И что-то ещё — смутное понимание во взгляде.

— За своего зверя, — сказал Ка'нин тихо. — Ты рисковал жизнью за своего зверя.

— Он не просто зверь.

— Я знаю. — Ка'нин кивнул. — Теперь — знаю.

Он помог Иллидану добраться до хижины, поддерживая его с одной стороны. Грум плёлся следом, периодически тычась носом в ногу хозяина, как будто проверяя, что тот всё ещё здесь.

Вечером пришла Цахик.

Иллидан лежал на своём ложе, слишком измотанный, чтобы двигаться. Нира'и принесла какую-то мазь для царапин — она оказалась на удивление эффективной, боль утихла почти сразу. Тсе'ло притащил еду — целую гору еды, явно рассчитанную на троих, хотя их было двое (если не считать Грума, который съел свою долю и теперь дремал в углу). Ави'ра зашла ненадолго, молча посидела рядом, потом ушла — но её присутствие было неожиданно… тёплым.

Цахик вошла без стука — впрочем, она всегда входила без стука, как будто обычные правила вежливости к ней не применялись.

— Я слышала, — сказала она, опускаясь на корточки рядом с его ложем. — О реке. О том, что ты сделал.

— Новости быстро распространяются.

— В деревне — всегда. — Она посмотрела на него своим проницательным взглядом. — Как ты себя чувствуешь?

— Физически — терпимо. Царапины заживут, мышцы восстановятся.

— Я не про физически.

Иллидан помолчал, обдумывая ответ.

— Странно, — сказал он наконец. — Я чувствую себя странно.

— Расскажи.

Он попытался сформулировать то, что крутилось в голове с того момента, как они выбрались на берег.

— Я прыгнул в воду без расчёта. Без плана. Просто… прыгнул. Мой разум говорил, что шансы минимальны, что риск слишком высок, что логичнее остаться на берегу. Но я не слушал. Не мог слушать.

— И что ты чувствуешь по этому поводу?

— Не знаю. — Он покачал головой. — С одной стороны — это… пугает. Всю свою жизнь я полагался на расчёт, на анализ, на холодную логику. Это было моим преимуществом. А сегодня я отбросил всё это и действовал чисто на инстинкте.