Книга Слепящий нож, страница 215 – Брент Уикс

Каждый день, перед тем как тронуться с места, меня заковывают в цепи и завязывают глаза, но помимо этого я не терплю никаких лишений. Странное милосердие. Мне уже за сорок, но, будучи воином, я с давних пор подготовила себя к возможным надругательствам в случае, если меня захватят в плен. Слабые мужчины любят унижать женщин – особенно великих, таких, рядом с которыми чувствуют свою посредственность. Я постоянно вызываю в людях такую реакцию.

В чем же тогда состоит их игра?

Я – грозная синяя воительница, можно сказать, легендарная. И я прорвала ореол.

Вот оно! Этот их Цветной Владыка, кем бы он ни был, хочет, чтобы я присоединилась к нему. Он думает, что чем больше он позволит мне погрязнуть в своей синеве, тем больше вероятности, что я сойду с ума и перейду на его сторону.

Давненько я не встречалась с тем, что меня недооценивают. И сейчас мне это нравится не больше, чем когда я была молоденькой девушкой.

Мой шатер невелик размерами; выпрямляясь во весь рост, я касаюсь головой ткани. Мои руки закованы спереди в кандалы, соединенные цепью с железным ошейником на моей шее. Мои лодыжки тоже обмотаны цепями, и вдобавок между ними вставлена железная поперечина, не позволяющая мне сомкнуть ноги. В целом это дает мне достаточную свободу движений, но мало шансов на кого-нибудь напасть. По правде говоря, я не Черный гвардеец; я не знала бы, как одолеть человека голыми руками, даже если бы была свободна. Ну то есть я знаю несколько ударов, но это далеко не значит, что в бою я опасный противник. Если откровенно, без возможности извлекать я такая же беззащитная женщина, как и все.

Но от возможности извлекать я пока не отказывалась.

У меня не забрали мое кольцо – что, несомненно, указывает на то, что Цветной Владыка собирается меня завербовать. Они долго и внимательно изучали вставленный в него рубин, потом так же внимательно рассмотрели мой прорванный безупречно синий ореол и позволили мне оставить кольцо себе.

У меня уходит два дня на то, чтобы сформировать план. Мой шатер красный – через него проходит достаточно света, чтобы я не впала в смятение, как если бы оказалась в темноте, но для цветоизвлечения он мне совсем не подходит. Тем не менее этот шатер сделан из ткани. Встав на цыпочки, мне удается подтащить к себе тот кусок, что обычно скрыт за перекрестьем рамы, и вцепиться в него зубами. Мне потребовалось два дня на то, чтобы прогрызть достаточно большую дыру, чтобы в нее проник лучик чистого белого света, – но недостаточно большую, чтобы ее могли заметить те, кто каждое утро складывает мой шатер.

На следующий день я едва не паникую, обнаружив, что дыры нет на месте. Однако меня не наказывают и никак не упоминают о случившемся, и я понимаю, что произошло. Видимо, в обозе есть и другие пленные синие извлекатели, и наши шатры попросту поменяли местами во время перехода.

Я начинаю все заново. На этот раз мне везет больше: мой шатер остается при мне. На двенадцатый день армия устраивает дневной привал, все собираются вместе на какой-то праздник, шум которого доносится до меня издалека. Неважно; я готова к действию, и мой шатер ориентирован вдоль линии север-юг – самое выгодное расположение для того места, где я прогрызла дыру. Мне удается выглянуть через нее наружу.