Книга Вероломный бог, страница 74 – Кэмерон Джонстон

Я моргнул. Он был прав. К своему огорчению, я не подумал об этом и, наоборот, хотел, чтобы оба фонаря горели во всю мощь. Я притушил свой фонарь. Темнота подкрадывалась все ближе по мере того, как тускнел свет.

Сначала туннель был квадратным, сложенным из каменных блоков, но когда мы прошли вглубь, превратился в грубый проход, прорубленный в черной базальтовой скале под Сетарисом. Из ниш в стенах нам ухмылялись пожелтевшие черепа. Они вполне могли пролежать там неисчислимые тысячи лет.

Мы остановились и нацарапали осколком камня стрелку на стене, где уже имелась целая коллекция других символов, оставленных такими же отважными искателями приключений за прошедшие годы, десятилетия или даже века. Свернув направо, мы шли добрых полчаса, старательно отмечая каждый новый поворот или развилку, пока не пришли в круглую комнату с пятью арочными проходами, уходящими в глубину. Все стены покрывали человеческие кости, а каждый камень в арках был инкрустирован ухмыляющимся черепом. Линас придвинулся поближе ко мне.

— Да это просто кости, – сказал я, но его это не слишком успокоило.

От их пустых взглядов мне тоже было слегка не по себе, но я не собирался делиться этим с Линасом. По дороге мы болтали о пустяках, в основном ради того, чтобы слышать собственные голоса.

Пока Линас отвернулся, изучая туннель, я схватил череп и поднес к его голове.

— Как думаешь, куда…

Он взвизгнул, а я разразился хохотом.

— Не смешно! – буркнул он.

— Да ладно, смешно же. Это просто кости, они ничего тебе не сделают. Не будь таким занудой. – Он яростно уставился на меня, но затем его губы впервые изогнулись в улыбке.

— Пойдем туда, – сказал он, жестом приглашая меня идти первым.

Стены туннеля были сырые и скользкие, с костей на потолке и в дверных проемах свисали сталактиты. В мертвой тишине слышалось только наше неровное дыхание и стук капель воды.

Мы чувствовали необходимость говорить тише. Всем известно, что чудовища устраивают себе логова глубоко в катакомбах и роют норы в грудах костей.

— А с чего это я первый? – спросил я. – Я не вызывался в предводители.

Линас просто пожал плечами и осмотрел зал, заглядывая по очереди в каждый проход.

Я осторожно вытащил из-за пояса столовый нож, который припрятал за обедом, когда заметил, что Харальт наблюдает за мной, а потом что-то говорит своим лакеям и смеется. Пусть нож был тупой, но с ним я чувствовал себя увереннее.

Линас заметил и издал испуганный смешок:

— Вот поэтому ты первый.

Невзирая на страх, я тоже ухмыльнулся:

— Ах ты, хитрая задница.

Он снова улыбнулся.

Некоторые проходы вели в никуда, туннели за ними были заполнены свежими обломками и грудами раздробленных костей. Над одним заваленным проходом я заметил маленькое отверстие в потолке. Я подошел ближе, прислушиваясь, не собирается ли он обвалиться, и почувствовал кожей легкое дуновение ветерка.

— Линас, – прошептал я. – Сюда.

Он подкрался поближе и проследил взглядом за моим пальцем:

— Это выход?

Его голос дрогнул от надежды.

Я сдержал язвительный ответ, висевший на языке. Неудивительно, что у меня не было друзей.

— Надеюсь, – вместо этого сказал я, убрал нож и попробовал вскарабкаться наверх, но осыпь была слишком рыхлой, а я не хотел выпускать из рук фонарь. – Помоги.

Линас сцепил пальцы, подставил ладони мне под ногу и приподнял так, что я смог пролезть в дыру. Я взял фонарь и сделал огонь сильнее, чтобы осветить комнату.