Книга Вероломный бог, страница 47 – Кэмерон Джонстон

Я скрипнул зубами от досады и затопал обратно вниз. Возле этих пустых полок осталось что-то от Линаса, в глубине моего сознания зудело какое-то напряженное чувство, совершенно неразличимое, не будь мы связаны узами Дара. Я не имел ни малейшего представления, что это значит, но в горле стоял неприятный металлический привкус.

Кому-то потребовалось содержимое этих полок? Или то, что хранилось под креслом? Что ж, вполне вероятно, и это уже кое-что.

Я вылез в окно, осторожно закрыл за собой ставни и направился обратно к Болотному мосту мимо ничего не помнивших стражей. По пути я выбросил в реку перчатки мертвого стража – они напоминали о неприятном и уже были испорчены моим запахом.

Я не нашел на складе ответы, только новые вопросы, но теперь чуял след. Линас зарабатывал импортом, и вряд ли за время моего отсутствия нажил много врагов – он был самым приятным человеком из всех, кого я знал. Правда, у него слегка поехала крыша после неудачной попытки пройти Ковку, когда Арканум вышвырнул его на улицу, но кто из нас не поехавший в той или иной степени? Я был уверен, что он не полезет во что-нибудь особенно противозаконное, во всяком случае, сознательно. Что за товары лежали на этих полках? Их забрали до или после убийства, и связаны ли они с присутствием Линаса в трущобах в ту ночь? Возможно, он встречался с покупателем.

Я надеялся найти что-то более надежное, но теперь пришлось отправиться за информацией в Старый город, и если меня узнают, то откроют охоту. Если верить легендам, в темные времена до возвышения Эшарра подобные мне маги властвовали над человеческими племенами и вели бесконечную войну друг с другом, пока не появились санкторы, невосприимчивые к силе тиранов, их Дары использовались только для того, чтобы отрезать других магов от источника силы и убивать их.

Неудивительно, что Арканум принимал меры, когда появлялся такой опасный реликт, как я, несмотря на то, что в его ряды якобы мог вступить любой маг. Да и подобные мне не жили достаточно долго, чтобы хотя бы приблизиться к могуществу тиранов древности. Как только природа моего Дара стала очевидной, я изучил записи о своих проклятых предшественниках в книгах Арканума: самоубийства, уличная поножовщина, кабацкие драки, несчастные случаи в пьяном виде. Счастливчиками нас не назовешь. А поскольку я самовольно сбежал из Сетариса, меня записали в неуправляемые. Неуправляемый тиран – настоящий кошмар, поэтому много лет назад мне пришлось инсценировать свою смерть.

В нынешнем состоянии я больше ничего не мог сделать. Завтра я должен попасть в Старый город и выбраться невредимым, если все пойдет по плану. А затем собирался разворошить несколько осиных гнезд и трясти тамошних ублюдков, пока не получу всю нужную мне информацию. Пусть только Чарра скажет, с какими именно крысами надо поговорить и где они прячутся.

Постепенно успокаиваясь, я вернулся на постоялый двор и стал колотить в дверь, пока женщина с кислой миной не открыла ее, обругав меня. Не говоря ни слова, я пронесся мимо и поднялся в комнату без окон, убедился, что дверь забаррикадирована, и плюхнулся на соломенный тюфяк. Сон не шел, мне не давал покоя укоризненный взгляд мертвого стража. В конце концов изнеможение принесло желанную черную пустоту.