Книга Бог сломленных, страница 100 – Кэмерон Джонстон

Я нехотя покинул ее голову. А ведь так просто было бы вломиться глубже и устроить хаос.

— Да пошли вы все.

Я развернулся и ушел, кипя от злости на их глупость. Почему они отказываются спасаться? Какая-то бессмыслица.

— К закату ты вернешься, – выплюнула Ангарад мне в спину. Я обернулся и заметил, как она пялится на мою тронутую демоном руку, спрятанную под перчаткой. – И склонишься перед мудростью духов.

Я ушел в такой ярости, что даже перестал чувствовать боль в спине. Меня обступила котерия.

— Ничего не вышло, командир? – спросила Койра, почесывая шрамы на щеке грязным ногтем.

— Хочешь, я размозжу их глупые головы? – с надеждой добавил Вон. – Начну с парочки, и тогда остальные поймут, как лучше поступить.

Бальдо одобрительно кивнул и что-то прошептал на ухо Андреасу. Оба посмотрели на друидов и зловеще облизали губы.

Я вздохнул, приложил ладонь к спине и похромал к обшарпанной таверне, чтобы присесть. Выудив из подсумка монету, я шлепнул ее на стол. Это оказалась эсбанская золотая монета с гордым профилем какого-то купца. У меня не получилось собраться с силами, чтобы сунуть ее обратно и найти другую.

— Принесите нам эля, – проревел я. – И приличного.

Пока мальчишка не принес нам кружки с элем, золото притягивало взгляды. Я сомневался, что кто-либо, кроме Жовиана, прежде обучавшего работе с мечом богатых отпрысков благородных домов, когда-либо видел такие деньги, а я покупал выпивку на золото, которого хватило бы на месяц для всех.

— Мы бросим их на произвол судьбы? – спросил Жовиан.

Остальные застыли, навострив уши.

Мне страшно хотелось плюнуть на все и отправиться домой. Я пытался спрятать лицо в ладонях, но они отказались подчиняться, я не смог сделать даже такой малости.

Как мы выживем, если эти упрямые глупцы отказывались помогать самим себе? Сплошная политика и подковерная борьба, корысть и тайные планы, вызванные алхимией, видения и бог знает что еще. И Арканум, и друиды-горцы, и даже Союз вольных городов – все одержимы своими корыстными интересами. Мне все это уже встало поперек горла, и я просто хотел, чтобы хоть раз в жизни кто-нибудь поступил правильно – как Эва. Несмотря на постоянную боль, она боролась за всех, а не за себя. На ее месте я давно покончил бы с собой. Конечно, у нее железная воля, но все равно должен быть предел человеческой выносливости.

Если я сбегу, Эва останется и исполнит свой долг, а скаррабусы и их носители захватят крепость. Люди не смогут долго сопротивляться опытному тирану. Со мной у них был хотя бы небольшой шанс. А значит, все зависело от меня – надо впрячься и поступить правильно. В очередной раз.

Застонав, я осушил кружку с элем.

— Еще!

Мальчишка-подавальщик поджал губы в ответ на грубое обращение, но золото многое упрощает.

Когда я в прошлый раз доверился своей бабке, то превратился в жертвенного борова на ее алтаре. Я подозревал, что и в этот раз будет не лучше. Я мог бы сбежать и жить, пока меня окончательно не поглотит болезнь, но однажды я уже бросил Эву умирать и не желал делать это снова. Придется рискнуть – вдруг духи и впрямь вылечат мою руку и дадут мне достаточно сил, чтобы победить врага. Связь с ее мерзким духом будет иметь свои последствия, пока неизвестные. Никто не наделит огромной силой задарма.