Книга Вор Мертвого города. Том 2, страница 133 – Андрей Глухарёв

Я рванул внутрь пролома, перехватывая кинжал обратным хватом.

Дыра в стене была колоссальной. Рваные, зазубренные края древней кладки торчали во все стороны, как сломанные ребра огромного зверя. Из почерневшего камня хищно изгибались ржавые железные скобы, обнаженные чудовищной силой удара. Воздух здесь был густым, почти осязаемым от взметнувшейся пыли. Сквозь эту пелену я успел разглядеть остатки былой роскоши — по обе стороны от пролома куски обвалившейся штукатурки всё ещё хранили обрывки древних фресок. Жемчужные Короли, пирующие за золотыми столами, с лицами, стертыми временем и демонической кровью, теперь казались издевательской насмешкой над тем адом, в который превратился их город.

Первое помещение, в которое мы ввалились, когда-то было хранилищем или складом подношений. Сейчас это была свалка. Перевернутые, высеченные из цельного базальта сундуки валялись вверх дном. По полу толстым ковром рассыпалось содержимое разбитых глиняных урн — серая, жирная зола, в которой то и дело блестели пожелтевшие фаланги пальцев или осколки черепов. Мой сапог с хрустом раздавил чью-то челюсть, но я даже не замедлил шага. Времени на сантименты и археологию не было. Впереди, сквозь клубы пыли, зиял еще один пролом — черная, неровная рана в следующей стене. Призыватель и его живой щит прошили это здание насквозь. Путеводной нитью служили жирные, дымящиеся мазки черной демонической крови на белом камне и борозды от когтей.

Я перепрыгнул через расколотую надвое алебастровую колонну и резко затормозил, гася инерцию.

В глубокой нише справа, среди перекрученных деревянных стеллажей, мелькнула тень. Серая, влажная кожа. Спина, изогнутая дугой. Упырь. Тварь, потревоженная грохотом, вскинула слепую, усеянную клыками морду, разворачиваясь к нам. Мои мышцы инстинктивно сжались, готовясь к броску. Краем глаза я заметил, что палец Харгрима уже лег на капсюль зажигательной шашки.

Но упырь не прыгнул.

Тварь замерла на долю секунды, ее ноздри судорожно втянули воздух, а затем она издала тонкий, почти собачий скулеж. Она не смотрела на нас. Она «смотрела» вверх, сквозь пробитые перекрытия, туда, где над улицей нависала подавляющая, сокрушительная аура её истинного хозяина. Упырь просто развернулся, поджав костлявый хвост, и на четырех лапах метнулся в противоположную от пролома темноту, словно спасаясь от гнева Того-Кто-Во-Тьме.

Я выдохнул сквозь стиснутые зубы. Это была временная милость. Бог Эре-Нергала сейчас был занят другим, и его марионеткам было плевать на залетных воров, пока не поступит прямой приказ рвать нас на куски.

— Ходу! — рявкнул я, возобновляя бег.

Мы влетели во второй пролом, затем в третий. Коридор разрушений превратился в почти идеальную, прямую линию, словно кто-то провел по чертежам архитектора невидимым, исполинским пальцем, стирая преграды. Я скользил по битому камню, и мой мозг, привыкший оценивать толщину стен при планировании взломов, автоматически фиксировал детали. Внешние стены зиккурата были циклопическими, сложенными из подогнанных друг к другу монолитов. Но здесь, внутри, кладка оказалась дрянной. Дешевый пористый камень, жидкий раствор, пустоты между перегородками. Классическая экономия подрядчиков. Жемчужные Короли могли мнить себя богами, но их строители воровали так же, как воруют мастера гильдий в нашей Столице. Коррупция пережила тысячелетия. И именно эта жадность древних прорабов позволила телам демонов пробить три стены насквозь, не превратившись в кровавую кашу при первом же столкновении. Ирония, которую я бы оценил за кружкой эля, но не сейчас.