Книга Печать безумных. Безымянные, страница 125 – Екатерина Гичко

— Я — да, быстро, — качнул головой Риш, — но не эта подушка с перьями. Он, — мужчина возмущённо ткнул себя пальцем в грудь, — будто увидел самую восхитительную самочку в своей жизни! Я пытаюсь понять, что именно он увидел.

Саврий всё же немного заинтересовался и отложил письмо.

— А вы видели её в зверином облике?

— Пару раз, — поморщился Узээриш. — Впервые, когда она из разлома вместе с Майяри и Зишем выбралась. Она меня ещё тогда лапой огрела…

— Похоже, это обычное приветствие между вами.

— … и ещё раз мельком в коридоре дома Вотых. Медведица у неё красивая, — Риш вздрогнул, почувствовав, с какой яростной радостью отозвался сов, — крупная, уверенная в себе барышня.

— Такую под крыло не спрячешь, — не удержался Саврий.

И зацепил хайнеса, точнее его сова, просто за живое. Риш встрепенулся и уставился на помощника злым неподвижным совиным взглядом. Тряхнув головой, Узээриш оттеснил птицу и с укором протянул:

— Не дразни его.

Узээриш чувствовал себя очень странно. Бесспорно, новый маг была женщиной весьма привлекательной. Большой любитель прекрасных дам, Риш умел ценить яркую, пусть и не выпячиваемую красоту. Возможно, он бы даже сам обратил внимание на девушку, будь она более женственной. И не будь её подругой Майяри.

Красота госпожи Лирки была тёмной, проникновенной, намекающей на пучины чёрной страсти. В сочетании со спокойным, невозмутимым нравом она казалось немного зловещей. Если, конечно, она не распахивала свои пуговицы-глаза и не смотрела с детским испугом, который душу переворачивал и заставлял сова внутри биться и метаться. Риш раздражённо поморщился. Активная жизнь на свежем воздухе одарила девушку крепким здоровым телом, каким редко могли похвастаться утончённые женщины высшего света, изводящие себя голодовками ради совершенной фигуры. Природа одарила её высокой грудью, упругими бёдрами. Черты лица точёные, линии скул и нижней челюсти чёткие, нос прямой, губы мягкие… Откровенно говоря, лицом она меньше всего походила на простолюдинку из глухой деревни, где все друг другу родственники и уже порой грешат кровосмешением. Даже ладони у неё были не широкие с короткими пальцами, как часто бывало у тех, кто занят тяжёлой физической работой, а длинные, с длинными же пальцами. Костяшки немного крупноваты и оружие оставило мозоли, но подушечки ногтевых фаланг трогательно розовые. Во дворце девушка заметно робела, но робость и смущение никак не сказывались на её движениях. Привычка двигаться тихо, утайкой, добавила ей звериной диковатой пластики. В то время как придворные дамы чинно перемещались по коридорам с прямыми спинами, магичка шла быстро, решительно и, несмотря на военную выправку, ступала как кошка, двигаясь всем телом.

Страшно представить, что будет, если она решит проявить ещё и женственность! Сейчас мужчины на неё просто посматривают, а женщины морщатся и шепчутся о шраме на лице. Узээриш был уверен, что стоит девчонке повести себя более подходяще своему полу, и ей проходу не будут давать ухажёры и завистники. И никакой шрам никого не остановит. Лично Риш и сейчас не видел в нём ничего противного. Даже наоборот, его посещало волнующее желание его… прикусить.

Майяри его убьёт.

Так что неплохо, что госпожа Лирка не очень женственна, ведёт себя больше по-мужски и предпочитает быть блеклой. Почему-то Риш был уверен, что не привлекать внимание — сознательный выбор.