Книга Печать безумных. Безымянные, страница 122 – Екатерина Гичко

Подсказка Ирреса мигом воскресила образ тощего щеголеватого парнишки с высокомерно-надменным лицом, который шипел, что с такой внешностью она никому не нужна, и поджидал её в каждом укромном уголке. Неудивительно, что она его не узнала. Он окреп, стал выглядеть мужественнее, а высокомерие и надменность перестали портить довольно симпатичное лицо.

«Это ж как надо на бабу запасть, чтобы узнать её через почти одиннадцать лет, едва увидев…»

«Лиркая не баба»,— недовольно осадил Ирреса господин Наэш.

— Господин Орлид? — уточнила Лирка.

Какая гамма чувств смешалась на лице мужчины. Радость, смущение, показная невозмутимость, а следом облегчение.

— Простите, вы сильно изменились, я не смогла узнать вас.

— А вы… ты нет, — оборотень с силой закусил губы, вперив в неё потемневший взгляд. Он будто сдерживался от распирающего его порыва. — Ты тогда так резко уехала. Слышал… — лицо его закаменело, — … вышла замуж, да?

— Да.

Напряжение сгущалось как кисель, и Лирка откровенно не понимала, что делать с этим незнакомым мужчиной, с которым она когда-то училась. Память неохотно просыпалась. Они оба учились на четвёртом году, когда он начал обращать на неё внимание. Вроде бы это случилось после того, как боевики оказались на совместном занятии по физподготовке с артефактчиками. Если честно, то высокомерную и очень неприятную мать господина Орлида Лирка помнила лучше.

Мужчина прикрыл глаза и крепко сжал губы.

«Боги…»— поражённо протянул господин Наэш, чем малость напугал Лирку.

— Я… не надеялся тебя увидеть, — Орлид распахнул глаза и вновь прикусил губу. Ещё немного, и он её точно до крови растерзает.

Лирку не покидало ощущение, что мужчина хочет сказать ей очень многое, но сдерживается.

— Уже очень поздно, — оборотень осмотрелся и нахмурился. — Я могу довезти тебя.

«Не соглашайся!»— запретил господин Наэш.

— Благодарю, но нет. Мне недалеко идти.

Настаивать мужчина не стал.

— Тогда я провожу, — повернувшись к кучеру, Орлид подал ему какой-то знак.

— Хайнес запретил вам приближаться ко мне ближе чем на две сажени, — вырвалось у Лирки. Точнее не у неё.

«Наэш, ты чего?»— Ирресу, конечно, парень не нравился, но с такой категоричностью он сталкивался у друга не часто. Чтоб ещё и у Лирки контроль перехватывать…

«Ничего,— раздражённо отозвался бывший хайрен. — Этого юнца ещё тогда сжирала страсть. Не заметить этого могла только его слепая мать. И, похоже, ничего не изменилось. Просто разумная предосторожность. Женщинам лучше не оказываться наедине в компании с мужчинами, которые так мучаются. Лично у меня не осталось о нём хорошего впечатления».

— Хайнеса здесь нет, — оборотень безбоязненно усмехнулся и, приблизившись к застывшей Лирке, предложил ей локоть.

Её пот прошиб. Лирка никогда в своей жизни не оказывалась в подобной ситуации. Рядом стоял холёный красивый мужчина высокого происхождения, который смотрел на неё потемневшими горячими глазами. Она разом вспомнила про своё низкое происхождение, обезображенное лицо и безымянность. Почему он смотрит на неё так, будто из-за неё у него внутри вспыхивало голодное жадное пламя?

Она убрала руки за спину.

— Я военная, будет странно, если я приму ваш локоть.

Мужчина ничуть не расстроился и тоже убрал руки за спину. Взгляд его потемнел ещё больше и метался от губ Лирки к шраму. Нестерпимо хотелось отвернуться. Смущение и непонимание поднимались в груди.