Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 105 – Ангелина Сантос

Коридор показался длиннее, чем был на самом деле.

Стук каблуков. Холодный свет. Двери. Поворот. Еще один. И вот — зал.

Не огромный. Без величия. Просто вытянутая комната с высоким потолком, длинным столом в глубине и двумя рядами стульев по сторонам. Ничего театрального. Все рассчитано именно на то, чтобы человек, вошедший сюда, почувствовал себя не героиней скандала, а предметом оформления.

За столом уже сидели трое.

Слева — пожилой мужчина в темно-зеленом, сухой, как палка. В центре — Марта Хевен. Справа — храмовый представитель, молодой, слишком осторожный лицом.

У стены — писарь. Чуть в стороне — хранитель Таль. Еще дальше — двое людей совета и... Вианора.

Конечно. Куда же без нее.

Она сидела чуть поодаль, в светлом плаще, с опущенными глазами и руками, сложенными на коленях. Все так же хрупко. Все так же печально. И, разумеется, все так же безупречно вовремя.

Я вошла и не склонила головы.

Пусть привыкают.

Марта Хевен указала на стул напротив стола.

— Госпожа Нэйра Олларт. Прошу.

Я села. Очень прямо. Положила ладони на подлокотники, чтобы никто не видел, как пальцы дрожат не от страха, а от того напряжения, что уже слишком долго держало меня на ногах.

— Открываем временное слушание, — произнесла Марта. — Цель: установить первичную оценку угрозы, исходящей от госпожи Олларт, и определить меру ее временного удержания до полного храмового и советского разбирательства.

Угроза, исходящая от меня.

Прекрасно.

— До начала, — сказала я, — внесите в запись, что я требую точного озвучивания всех обвинений, имен лиц, их выдвигающих, и основания, по которому мне не дали возможности явиться с личным представителем.

Писарь запнулся над пером. Марта Хевен подняла взгляд.

— У вас нет личного представителя.

— Зато есть право назвать себя не животным на привязи.

Хранитель Таль у стены очень тихо сказал: — Запишите.

Я не посмотрела на него. Но внутренне кивнула. Хорошо.

Марта продолжила:

— Первое. Незаконное воздействие на нижний контур собора. Второе. Создание нестабильной связи с генералом-драконом Кайраном Варгреймом. Третье. Участие в ночном инциденте, повлекшем угрозу жизни леди Вианоры Эстель. Четвертое. Возможное принуждение генерала к продолжению связи после выявления иной истинной пары.

Я дождалась, пока она закончит.

Потом спросила: — Кто именно утверждает четвертый пункт?

Тишина.

Потом один из мужчин слева — тот самый сухой старик — сказал: — Внутренний совет на основании показаний.

— Чьих?

Он явно не ожидал, что я буду требовать имен с такой скоростью.

— Это будет указано после...

— Нет. Сейчас.

Марта Хевен вмешалась: — Госпожа, здесь не вы задаете порядок.

— Тогда, возможно, стоит задать себе вопрос, почему в зале, где судят женщину за принуждение, никто не спешит назвать, кто именно видел это принуждение собственными глазами.

На этот раз молчание стало длиннее.

Хранитель Таль опять сказал: — Запишите вопрос.

Писарь торопливо скрипнул пером.

Я увидела, как напряглась Вианора. Хорошо.

— Тогда вызываем первую свидетельницу, — сказала Марта.

Разумеется.

Вианора встала. Мягко. Красиво. Как женщина, которая уже заранее знает, что половина зала хочет ей сочувствовать.

Она подошла к столу, положила пальцы на край и заговорила тихо, чуть дрожащим голосом: