Книга Мужчина в тени, страница 92 – Мария Воронова

«Какое-то у вас слишком идеалистическое представление о браке, — усмехнулась про себя Ирина, — совсем не обязательно, что между супругами царит полное доверие и единодушие. Очень часто бывает, что брак — это борщ, секс и до свидания».

— Полвека сидела тихо, а сейчас вдруг вылезла на волне перестройки и гласности. Присоединяет свое имя к миллионам невинно замученных в ГУЛАГе! Готовьтесь, сейчас все они полезут изо всех щелей, каждый добавит свой шматок грязи в ком антисоветчины.

Ирина с удовольствием возразила бы, но Мельников был гость, да и подливать масла в огонь его терзаний не хотелось.

— Я вам дам с собой баночку варенья, — сказала она, — дочка пусть покушает. Помочь не поможет, а все чуть полегче будет.

— Спасибо, — Мельников улыбнулся, — это намек, что мне пора идти?

— Что вы, что вы! Ни в коем случае! Просто я не знаю, как вам еще помочь.

— Выслушали, и на том спасибо.

— А может быть, пусть женятся сами по себе, да и живут, а вы просто не будете семьями общаться?

— Я думал про такой вариант, но Димочка, будь он неладен — в отличие от моей дочери, слишком хороший сын, чтобы на него пойти. А я, черт побери, тоже хороший сын и клеветать на собственного отца не намерен ни при каких обстоятельствах. В конце концов, я советский офицер, и честь для меня — это не пустой звук.

— Понимаю.

Мельников встал.

— Благодарю за чай, Ирина Андреевна, и не смею больше злоупотреблять вашим гостеприимством.

Ирина в свою очередь рассыпалась в благодарностях за яблоки. Так, во взаимных восхвалениях, они дошли до порога квартиры, как Манилов с Чичиковым, и только когда Мельников открыл входную дверь, Ирина решилась:

— Иван Николаевич, а как вы считаете: на самом деле кто убил Кирова?

Мельников обернулся и посмотрел на нее с недоумением:

— Как кто? Николаев по заданию зиновьевского центра. Это доказано, и это правда, а все остальное — гнусные антисоветские измышления, и я даже знаю, откуда у них ноги растут.

— Откуда же?

— Ну как всегда, самый интересный разговор начинается на пороге, — улыбнулся Мельников и прикрыл входную дверь. — Вы мне очень симпатичны, Ирина Андреевна, поэтому расскажу вам, чтобы вы не утонули в этом вале дешевой пропаганды, который захлестнул сейчас нашу страну. Некий сотрудник НКВД перед самой войной сбежал за границу, там бедствовал, а в пятидесятых написал злобный пасквиль «Тайная история сталинских преступлений», где выдвинул идею, что Кирова убили по приказу Сталина. Причем в тридцать четвертом году его вообще не было в стране, он служил в Испании, а вернувшись оттуда, собрал все сплетни и байки, которые неизбежно циркулируют в любом коллективе и обычно не имеют с реальностью ничего общего. И вот на основании слухов и собственных домыслов он сделал такой вывод, который с удовольствием подхватили наши враги, сначала внешние, а теперь и внутренние. Так что вы уж решайте сами, Ирина Андреевна, кому верить — предателю родины или честным советским людям.

«Фактам надо верить, а не людям», — хотелось ей сказать, но она только поблагодарила гостя за интересную информацию.

— Сколько помоев льют сейчас на нашу историю, это же уму непостижимо! — воскликнул Мельников. — Главное, откуда взялось-то? Честные на первый взгляд советские люди, еще вчера у них даешь битву за урожай, а сегодня шокирующие откровения, как Берия насиловал школьниц, а потом растворял их тела в концентрированном, более чем стопроцентном растворе серной кислоты.