Книга Цветы молнии, страница 46 – Джей Тодд Скотт

— Значит, следующий раз все-таки будет. – Люк пытается перехватить ее взгляд.

— Скажем так, для первого раза сойдет, – улыбается Энди и поднимается по лесенке вслед за Руби.

НЬЮ-КОРНЕЛИЯ, АРИЗОНА

Энди настраивается на очередной подвиг – искупать и уложить Руби, но та слишком утомилась играми с Чили, а потому позволяет делать с собой все, что нужно, и почти не капризничает. Она настолько околдована собакой, что даже не спрашивает, что за странный дядя просидел целый день возле их домика.

Руби и в зеркало на себя не смотрит, хотя обычно разглядывает грудь, спину и руки. Энди укладывает дочку спать в комнатке с тускло мерцающими на потолке зелеными звездочками, и девочка засыпает уже минут через пять.

Энди проверяет, закрыты ли двери, включены ли камеры. Порой она пугалась теней на изображениях с камер, когда пустынный мрак слегка покачивался, будто дышал. Сегодня ничего такого не видно.

Люк уехал, но как будто бы и нет – подзабытое чувство, которое Энди давно не испытывала. С тех пор как общалась с членами клуба «Черный свет», с Итаном из Техаса. Правда, тогда все было по-другому – хуже: она ощущала отчаяние.

Однако Энди не уверена, что вечер с Лукасом Китсом ей на пользу. После Техаса в ее жизни не осталось места ни для кого и ни для чего, кроме Руби. Разве что Стивен прочно там обосновался, и с Беллой Энди сблизилась, и даже с Уэйленом. Но она вдумчиво рассортировала эти отношения по полочкам – по крайней мере попыталась. Они держались только на жестких правилах, нарушать которые Энди никому не позволит.

С тех пор как она посреди ночи схватила дочь и сбежала с ней из квартиры в Тайлере, в их жизни не было ни одного мужчины. И хотя Руби почти перестала спрашивать, где папа, и больше не просыпается в слезах от тоски, он по-прежнему незримо присутствует где-то рядом – настоящий, из плоти и крови, словно и вправду не отходит от них ни на шаг.

Еще пара-тройка встреч с Люком, и от вопросов уже не отвертеться – даже собака не спасет.

Либо Люк поинтересуется насчет отца Руби, либо дочь сама что-то ляпнет о том, как они сбежали. И что тогда делать? Лучше все прекратить, пока не зашло слишком далеко. Но впервые за много месяцев, нет, даже лет Энди чувствует себя в своей тарелке. Ей нравится разговаривать с Люком, смеяться с ним. С Итаном они постоянно прятались, встречались тайком, выкраивали минуты, сбегая от все более угрожающего образа Макса, – его присутствие их в каком-то смысле даже подстегивало. А сегодня Энди несколько часов просидела с Люком под яркими звездами, ни от кого не скрываясь, на виду у всего мира.

Мелочь, но почему-то важная.

Значимая.

Все началось с сообщения в «Мозаике».

Эта платформа когда-то была чем-то вроде «Реддита» и пользовалась популярностью среди поборников здорового и осознанного образа жизни. Туда из «Фейсбука»^[14] мигрировал форум «Черного света» и несколько лет просуществовал там под скромным названием «Группа поддержки выживших после удара молнией». Основала сообщество Вайнона Парсонс, в которую заряд попал, когда она выгуливала собаку в парке Бергфилд. Однако разрослось оно только после приветственного мероприятия – не то конференции, не то ретрита – в Тайлере, Техас, где и жила Вайнона. На первый съезд прибыло всего девять человек, включая Энди и Макса, только-только сбежавших из Вирджинии, зато на второй – уже двадцать девять участников почти из двадцати штатов. Энди сама предложила переименовать их сообщество в клуб «Черный свет», дала им цель, подарила идентичность…