Книга Цветы молнии, страница 126 – Джей Тодд Скотт

Женщина ростом повыше Энди, с хищными, птичьими чертами лица, волосы собраны в тугой хвост, седина уже заметна, но незнакомка не пытается ее скрывать, да и косметикой почти не пользуется. Наверное, примерно так же когда-то выглядела Белла – таким достаточно лишь небольших усилий, чтобы казаться симпатичными.

С женщиной пришел и темноволосый, темноглазый напарник. Помоложе, но точный возраст не определишь: мужчина явно побывал в драке и получил по полной программе. На лице жуткие синяки и не успевшие зарасти раны, да и держится он неловко, словно ходит по битому стеклу, – так передвигаются люди, у которых еще не срослись сломанные кости или ребра. Оба напарника в джинсах и скучных темных кожанках – очень стараются делать вид, что никак к силовым структурам не причастны.

— Одри Эллис? – спрашивает женщина. – Энди?

— Простите, вы обознались, – отвечает Энди, стараясь прошмыгнуть мимо них не слишком поспешно, и лихорадочно прикидывает, что вообще делать и какие есть варианты. Скорее всего, эти люди, как Люк и предупреждал, вышли на нее после гибели Стивена.

Однако при виде кулона – сияющего бело-зеленого фульгурита на шее незнакомки, Энди останавливается: ей ли не знать, кто делает такие украшения.

— Ой, – выдыхает она. – Только не это.

Женщина перехватывает взгляд Энди и дотрагивается до кулона.

— Да, вы правы, это из мастерской Тассы Линскотт.

— С ней… с ней ничего не случилось?

— Ничего, Энди. Она дома, у нее все хорошо. И, по-моему, она хочет, чтобы вы это знали.

— Вы насчет Стивена? Насчет того, что с ним случилось?

— Стивена Чао? Отчасти да, хотя вообще-то нас интересуете вы. Мы надеемся, что вы сможете нам помочь, вернее, что мы все друг другу поможем.

— Проблема в Максе? – спрашивает Энди.

— Макс Конрой тоже мертв, – огорошивает мужчина. – Недавно убит в Нью-Мексико.

Убит? Энди не знает, как это понимать и что ответить. Если она и воображала, что такая новость ее обрадует или принесет ей облегчение, то на самом деле Энди не ощущает ни того ни другого. Просто не верит.

— Он здесь, в Аризоне! Это он убил Стивена.

— Нет, мы так не думаем, но нам хотелось бы поговорить о Максе, о Стивене, о Нью-Корнелии, – качает головой женщина, – обо всем, что там произошло. Боюсь, времени у нас совсем немного.

— Почему?

Женщина теряется, моргает, и, хотя освещение здесь скудное, Энди замечает вокруг ее глаз некрасивые шрамики, которые на солнце могли показаться отпечатками вороньих лап.

— Пойдемте внутрь, – предлагает женщина, – или еще куда-нибудь, где потише. Нужно кое-что вам показать.

Энди не нравится напряжение в голосе незнакомки. Не нравится напряжение в воздухе.

Не нравятся шрамы у собеседницы на веках.

— Я здесь ухаживаю за подругой, она умирает. У нее рак в последней стадии, и завтра я заберу ее домой. Можем там и поговорить.

— Мы все устроим, – сухо обещает женщина.

— Я уже все устроила, – огрызается Энди. – Кроме меня, некому.

— Мисс Эллис, мы поговорили с доктором Кайлом Денноном, – вклинивается мужчина. – Именно он на вас и указал, а еще ввел нас в курс дела. Мы очень сочувствуем вашей подруге, но все слишком серьезно. Время уходит. Нам нужна ваша помощь, а вам наверняка понадобится наша.

Он настолько же невозмутим, спокоен, уравновешен и убедителен, насколько его напарница напряжена. Однако его слова ничуть не обнадеживают.