Книга Утопающий во лжи 17, страница 74 – Лев Жуковский

Тогда как конечно же мне, песчаная буря не доставляла мне никаких неудобств, пока я находился в форме призрачной проекции. Как, впрочем, и в прошлое посещение этого мертвенного мира. Песок проходил сквозь меня или обтекал, не находя настоящей плоти, которую можно было бы забить. Я наблюдал за тем, как мои подчинённые скрипят зубами внутри экзокостюмов, и отмечал, кто держится лучше, кто хуже, кто молится, кто злится, кто просто идёт. И все же сейчас песнь ветра и песка казалось мне еще более притягательной в этом умиротворяющем спокойствие мира мертвых. Вот только сейчас я понимал, что это действительно сам мир скорбит о своем заточении и так реагирует на поставленный внешний барьер, словно уже не отзываясь негодованием, а печалясь своей судьбе.

Опять же ошибку, которую я совершил во время ритуала предвидения, повторять я не собирался. Пусть та ошибка случилась не совсем в реальности. Пусть она была частью возможного пути. Но от этого не становилась менее настоящей.

Я не собирался форсировать добычу очков Системы и саму охоту, как сделал это на плане смерти, куда попал усилиями Атории Со, точнее благодаря той бестелесной твари, захватившей её тело. Тогда поспешность казалась оправданной. И всё это привело к последствиям, которые я до сих пор разбирал по косточкам в своих сознаниях.

Как и в мире Ссшорс, избыточная агрессивность ни к чему хорошему не могла привести.

Хотя находившаяся в моём домене Нейтральная сфера мутатора стихиальной магической заводи вроде бы говорила об обратном. Да, именно наглость, риск и жёсткий блеф позволили мне вырвать её у Сионшо. Но путать удачный исход с правильностью метода, один из самых неприятных способов умереть. Иногда ты выигрываешь не потому, что действовал идеально, а потому что враг ошибся на полшага больше.

Рисковать без необходимости я не хотел. На робкие стенания офицеров я почти не обращал внимания. Гнолы, а тем более переродившиеся волколаки D ранга, слишком сильно ориентировались на обоняние. А экзокостюмы лишали их значительной части привычного восприятия. Песчаные бури добивали остатки удовольствия от похода. За месяц мы попали в такие бури более четырёх раз, пусть и зацепив их только по краю. Но даже этого хватило, чтобы недовольство начало тихо бродить в рядах.

Я отметил его краем сознания. Не больше. Ведь свет в их сердцах был для них ещё нов. Они не до конца прониклись его силой и неотвратимостью. Старые привычки, звериные инстинкты, любовь к запахам, к понятным следам, к ощущению стаи, всё это не исчезает по одному моему желанию. Да и не должно исчезать слишком быстро. Слишком резкая переделка ломает души. А мне нужны были не сломанные звери, а крепкие подданные.

Конечно, они не превратятся в безмозглых скелетов или вурдалаков. Но станут терпимее к тяготам. Постепенно страх пропадёт из их глаз. Ценность товарищей станет выше. Свет будет связывать их не хуже общей крови, а, возможно, и лучше. Ведь кровь делит на роды, стаи, племена и старые обиды. Свет же может связать всех в один замысел, если направить его правильно. И в этом, пожалуй, заключалось главное отличие моего будущего народа от прежних обломков, которые я собирал по мирам.

Мы шли через Тесэр не просто к столице. Не только за навыками B ранга. Не только за торговлей, информацией, душами и возможностью оценить правителей городов. Мы шли как зерно света через мёртвую землю. Медленно. Упрямо. Незаметно для тех, кто смотрит лишь на кости и песок. И если путь займёт двести дней, пусть. Если год, это тоже будет приемлемо. Если ради пробуждения источника истинного света В ранга потребуются десятилетия, я найду способ сделать эти десятилетия полезными.